Форум геймеров и читеров 4cheaT
Реклама:

Колчак, Александр Васильевич в World of Tanks (WoT)

Поделиться с друзьями:

Колчак, Александр Васильевич

Новые темы на Форуме World of Tanks
Тема Автор Раздел Ответов Последнее сообщение
Набор в клан brEND Набор в роту/взвод 0 2016-12-09 02:57
Аккаунты Wot дешево.. Det_Mazay Рынок World of Tanks 0 2016-12-09 02:35
ХАКЕРСТВО НА ЯЗЫКЕ ПРОГРАММИРОВАНИЯ PYTHON chiter_men Вопросы по программированию на Python 2 2016-12-09 02:05
Прокачка аккаунтов, фарм серебра, создание твинков... Snake_Eyes_Black Рынок World of Tanks 0 2016-12-09 01:37
Аккаунты Wot очень дешево. Det_Mazay Рынок World of Tanks 4 2016-12-09 00:02
WoT - The Tundra 0.9.16 m@sy@ny@ Читы World of Tanks 0.9.16 0 2016-12-08 23:31
Как отключить режим "В самолете" в Виндовс 10 ? Gomerchick Вопросы о World of Warplanes 5 2016-12-07 21:27
Ошибка при запуске World of Warships alex44 Вопросы о World of Warships 0 2016-12-03 12:57
Перейти к: навигация, поиск

Эта статья редактируется участником toshkonatr.

kolchak.jpg
Россия Колчак Александр Васильевич
Годы жизни 1874 — 1920
Место рождения с. Александровское

г. Санкт-Петербург

Гражданство Российская империя
Годы службы 1886 — 1920
Основные события
Вершина карьеры
  • Адмирал
  • Военный и морской министр Российского правительства
  • Верховный правитель России
Колчак Александр Васильевич (16 ноября 1874 - 7 февраля 1920 ) — русский военный и политический деятель, учёный-океанограф. Адмирал (1918), участник Русско-японской войны, во время Первой мировой войны командовал минной дивизией Балтийского флота (1915—1916), Черноморским флотом (1916—1917), вождь Белого движения во время Гражданской войны, Верховный правитель России (1918—1920), верховный главнокомандующий Русской армией, один из крупнейших полярных исследователей конца XIX — начала XX веков, участник ряда русских полярных экспедиций.

Ранние годы

Родители

Род Колчаков относился к служилому дворянству, в разных поколениях его представители очень часто оказывались связанными с военным делом.

KolchakParents.jpeg

Отец Василий Иванович Колчак 1837 - 1913, воспитывался в одесской Ришельевской гимназии, хорошо знал французский язык и был поклонником французской культуры. В 1853 году началась Крымская война и В.И. Колчак поступил на службу в морскую артиллерию Черноморского флота в младшем офицерском чине. В ходе обороны Малахова кургана отличился и был награждён солдатским Георгиевским крестом. Будучи раненным при обороне Севастополя, получил чин прапорщика. После войны он окончил Горный институт в Петербурге. Дальнейшая судьба Василия Ивановича была связана с Обуховским сталелитейным заводом. Вплоть до отставки он служил здесь приёмщиком Морского министерства, имел репутацию человека прямого и крайне щепетильного. Был специалистом в области артиллерии, опубликовал ряд научных трудов о сталелитейном производстве. После выхода в отставку в 1889 году (с присвоением генеральского звания) ещё 15 лет продолжал трудиться на заводе.

Мать Ольга Ильинична Колчак 1855 — 1894, урождённая Посохова, происходила из купеческой семьи. Ольга Ильинична имела спокойный и тихий характер, отличалась набожностью и стремилась всеми силами передать её и своим детям. Поженившись в начале 1870-х годов, родители А. В. Колчака поселились близ Обуховского завода, в селе Александровском, практически за городской чертой. 4 ноября 1874 года у них родился сын Александр. Крестили мальчика в местной Троицкой церкви. Крёстным отцом новорождённого был его дядя, младший брат отца.

Годы учёбы

В 1885—1888 годах Александр учился в Шестой петербургской классической гимназии, где закончил три класса из восьми. Александр учился плохо и при переводе в 3-й класс, получив двойку по русскому языку, тройку с минусом по латинскому, тройку по математике, тройку с минусом по немецкому и двойку по французскому языку, чуть не был оставлен «на второй год». На повторных устных экзаменах по русскому и французскому языкам исправил оценки на три с минусом и был переведён в 3-й класс.

Здание Морского кадетского корпуса.

В 1888 году «по собственному желанию и по желанию отца» Александр поступил в Морское училище. С переходом из гимназии в Морское училище отношение к учёбе у юного Александра изменилось: учёба любимому делу для него стала осмысленным занятием, появилось и чувство ответственности. В стенах Морского кадетского корпуса, как с 1891 года стало называться училище, проявились способности и таланты Колчака.

В 1890 году Колчак впервые вышел в море. 12 мая по прибытии в Кронштадт Александр вместе с другими младшими кадетами был определён на броненосный фрегат «Князь Пожарский».

В 1892 году Александр был произведён в младшие унтер-офицеры. Когда он перешёл в гардемаринский класс, то был произведён в фельдфебели — как лучший по наукам и поведению, в числе немногих на курсе — и назначен наставником в младшую роту.

В наступившем 1894 году, выпускном для молодого офицера, в его жизни произошли ещё два важных события. На сороковом году жизни после долгой болезни умерла мать. В этом же году на престол вступил император Николай II, с которым Александр Васильевич в течение своей жизни несколько раз встречался и чей уход от власти впоследствии определил и окончание военно-морской карьеры Колчака.

Парусно-винтовой корвет Балтийского флота России.

По окончании выпускного учебного года гардемарины прошли месячное сложное плавание на корвете «Скобелев» и приступили к сдаче выпускных экзаменов. На экзамене по морскому делу Колчак единственный из выпуска ответил на все пятнадцать заданных вопросов. Что касается остальных экзаменов, то Колчак все из них также выдержал на «отлично», кроме минного дела, ставшего впоследствии на практике предметом его гордости, по которому удовлетворительно ответил на четыре из шести вопросов.

Приказом от 15 сентября 1894 года А. В. Колчак в числе всех выпущенных гардемаринов был произведён в мичманы.

Научная работа

Выйдя из Морского корпуса в 7-й флотский экипаж, в марте 1895 года Колчак был назначен для занятий штурманским делом в Кронштадтскую морскую обсерваторию, а спустя месяц его определили вахтенным офицером на только что спущенный на воду броненосный крейсер 1-го ранга «Рюрик». 5 мая «Рюрик» вышел из Кронштадта в заграничное плавание через южные моря к Владивостоку. В походе Колчак занимался самообразованием, пытался изучить китайский язык. Здесь он увлёкся океанографией и гидрологией Тихого океана; особенно его интересовала северная его часть — Берингово и Охотское моря.

В 1897 году Колчак подал рапорт с просьбой перевести его на канонерскую лодку «Кореец», которая направлялась в то время к Командорским островам, где Колчак планировал заняться исследовательской работой, однако вместо этого был направлен в качестве вахтенного учителя на парусный крейсер «Крейсер», который использовался для подготовки боцманов и унтер-офицеров.

5 декабря 1898 года «Крейсер» отправился из Порт-Артура в расположение Балтийского флота, 6 декабря Колчак был произведён в лейтенанты. В этом звании из-за ухода в Императорскую академию наук Колчак пробудет около 8 лет (в то время звание лейтенанта считалось высоким — лейтенанты командовали крупными судами).

Колчак также хотел исследовать арктические просторы. По разным причинам первые две попытки обернулись неудачей, однако на третий раз ему повезло: он попал в состав полярной экспедиции барона Э.Толя.

В 1899 году, по возвращении из плавания на фрегате «Князь Пожарский», Колчак свёл воедино и обработал результаты собственных наблюдений над течениями Японского и Жёлтого морей и опубликовал в «Записках по гидрографии, издаваемых Главным Гидрографическим Управлением», свою первую научную статью «Наблюдения над поверхностными температурами и удельными весами морской воды, произведённые на крейсерах «Рюрик» и «Крейсер» с мая 1897 года по март 1899 года».

В сентябре 1899 года перевёлся на броненосец «Петропавловск» и отправился на нём на Дальний Восток. Колчак решил принять участие в начавшейся осенью 1899 года Англо-бурской войне. К этому его толкало не только романтическое желание помочь бурам, но и стремление получить опыт современной войны, совершенствоваться в своей профессии. Но вскоре, когда корабль стоял в греческом порту Пирей, Колчаку доставили телеграмму из Академии наук от Э. В. Толля с предложением принять участие в Русской полярной экспедиции на шхуне «Заря» — той самой экспедиции, в которую он так стремился попасть ещё в Петербурге. Толля, нуждавшегося в троих морских офицерах, заинтересовали научные работы молодого лейтенанта в журнале «Морской сборник».

По окончанию Русско-японской войны Александр Васильевич занялся обработкой материалов полярных экспедиций. C 29 декабря 1905 года по 1 мая 1906 года Колчак был прикомандирован к Академии наук «для обработки картографического и гидрографического материалов Русской полярной экспедиции». Это был уникальный период в жизни Александра Васильевича, когда он вёл жизнь учёного и научного работника.

В «Известиях Академии наук» была опубликована статья Колчака «Последняя экспедиция на остров Беннетта, снаряжённая Академией Наук для поисков барона Толля». В 1906 году Главное гидрографическое управление Морского министерства издало три карты, которые подготовил Колчак. Первые две карты были составлены на основании коллективных съёмок участников экспедиций и отражали линию западной части побережья Таймырского полуострова, а третья карта была подготовлена с использованием сделанных лично Колчаком промеров глубин и съёмок; она отражала западное побережье Котельного острова с Нерпичьей бухтой.

В 1907 году вышел в свет перевод Колчака на русский язык труда М. Кнудсена «Таблицы точек замерзания морской воды».

В 1909 году Колчак опубликовал своё самое крупное исследование — монографию, обобщавшую его гляциологические исследования в Арктике, — «Лёд Карского и Сибирского морей», однако не успел издать другую монографию, посвящённую картографическим работам экспедиции Толля. В том же году Колчак отбыл в новую экспедицию, поэтому работу по подготовке рукописи Колчака для печати и изданием книги занимался Бируля, в 1907 году издавший свою книгу «Из жизни птиц полярного побережья Сибири».

А. В. Колчака заложил основы учения о морских льдах. Он открыл, что «арктический ледовый пак совершает движение по часовой стрелке, причём «голова» этого гигантского эллипса упирается в Землю Франца-Иосифа, а «хвост» находится у северного побережья Аляски».

Русская полярная экспедиция

В начале января 1900 года Колчак прибыл в Петербург. Начальник экспедиции предложил ему руководить гидрологическими работами, а также исполнять обязанности второго магнитолога.

Ясным днем 8 июня 1900 года путешественники тронулись от пристани на Неве и взяли курс на Кронштадт.

5 августа мореплаватели уже держали курс в направлении Таймырского полуострова. С приближением к Таймыру плыть в открытом море стало невозможно. Борьба со льдами приняла изнурительный характер. Двигаться удавалось исключительно по шхерам, несколько раз «Заря» садилась на мель или оказывалась запертой в бухте или фиорде. Был момент, когда собрались уже останавливаться на зимовку, простояв 19 дней кряду.

Члены экспедиции Толля лейтенанты А. В. Колчак, Н. Н. Коломейцев, Ф. А. Матисен у борта шхуны «Заря»

22 сентября 1900 года экспедиция остановилась на зимовку около бухты Колина Арчера.

Толлю не удалось выполнить свой план доплыть в первую навигацию до малоисследованной восточной части полуострова Таймыр, теперь он хотел, чтобы не терять времени, добраться туда через тундру, для чего надо было пересечь полуостров Челюскина. В поездку собрались четверо, на 2 тяжело нагруженных нартах: Толль с каюром Расторгуевым и Колчак с кочегаром Носовым.

Стартовав 10 октября, 15 октября Толль и Колчак добрались до залива Гафнера. У высокой скалы заложили склад с провизией для запланированного весеннего похода отсюда вглубь полуострова.

19 октября путешественники вернулись на базу. Колчаку, производившему по дороге астрономические уточнения ряда точек, удалось внести существенные уточнения и исправления в старую карту, сделанную по итогам экспедиции Нансена 1893—1896 годов.

В следующую поездку, 6 апреля на полуостров Челюскина, поехали на санях Толль и Колчак. Каюром у Толля был Носов, у Колчака — Железников. Толль и Колчак с трудом узнали то место близ залива Гафнера, где ими осенью был заложен склад. Прямо над этим местом, рядом со скалой, был наметён сугроб высотой 8 метров. Колчак и Толль потратили на раскопки склада целую неделю, однако снег слежался и стал снизу твердым, поэтому раскопки пришлось бросить и попытаться произвести хоть какие-то исследования. Желания путешественников разошлись: Колчак как географ хотел двинуться по побережью и произвести его съемку, Толль же был геологом, и хотел идти вглубь полуострова. Воспитанный на военной дисциплине, Колчак не оспаривал решение начальника экспедиции, и следующие 4 дня исследователи двигались по полуострову.

1 мая Толль сделал 11-часовой марш-бросок на лыжах. Толлю с Колчаком приходилось тянуть лямку наравне с оставшимися собаками. Хотя уставший Толль готов был ночевать где попало, Колчаку всегда удавалось настоять на том, чтобы найти подходящее место для ночлега, хотя для этого приходилось ещё идти и идти. На обратном пути Толль и Колчак умудрились не заметить и проскочить свой склад. На протяжении всего 500-вёрстного пути Колчак вел маршрутную съемку.

18 мая в 7 часов утра путники достигли базы. Поездка длилась 41 день.

Толль 20 дней приходил в себя после изматывающего похода. А Колчак уже 29 мая с доктором Вальтером и Стрижевым отправился в поездку к складу, который они с Толлем проскочили на обратном пути. По возвращении со склада Колчак сделал подробную съемку рейда «Зари», а Бируля — другой части береговой полосы.

На протяжении всей экспедиции А. В. Колчак, как и остальные путешественники, усиленно работал, проводил гидрографические, океанографические работы, измерял глубины, изучал состояние льдов, плавал на катере, делал наблюдения по земному магнетизму. Неоднократно Колчак совершал и походы по суше, занимаясь изучением и исследованием малоизученных территорий различных островов и материка. Как свидетельствовали его коллеги, Колчак не с одинаковым рвением брался за разные виды работ. То, что ему казалось важным, вызывало у него интерес, лейтенант делал с большим увлечением.

Собственную работу Колчак всегда делал самым лучшим образом. О личной роли Колчака в экспедиции лучше всего говорит аттестация, данная ему самим бароном Толлем в донесении президенту Академии наук великому князю Константину Константиновичу.

« Станции начинались всегда гидрологическими работами, которыми заведовал лейтенант А. В. Колчак. Эта научная работа выполнялась им с большой энергией, несмотря на трудности соединить обязанности морского офицера с деятельностью ученого.

— Э.В. Толль

»
Гидрограф А. В. Колчак берёт пробу воды на гидрохимический анализ батометром Тимченко. 1901 г.

В 1901 году он увековечил имя А. В. Колчака, назвав его именем один из открытых экспедицией остров в Таймырском заливе и мыс в том же районе. При этом сам Колчак во время своих полярных походов назвал другой остров и мыс именем своей невесты — Софии Федоровны Омировой — дожидавшейся его в столице. Мыс Софьи сохранил свое название и переименованиям в советское время не подвергся.

19 августа «Заря» пересекла долготу мыса Челюскин. Лейтенант Колчак, взяв с собой инструмент для определения широты и долготы, прыгнул в байдарку. За ним последовал и Толль, лодку с которым едва не перевернул неожиданно вынырнувший морж. На берегу Колчак сделал измерения, была сделана групповая фотография на фоне сооруженного гурия. К полудню десант вернулся на судно и, дав салют в честь Челюскина, путешественники отправились в плавание. Колчак и Зееберг, сделав расчеты, определили широту и долготу мыса, он оказался немного восточнее настоящего мыса Челюскин. Новый мыс назвали именем «Зари». В свое время также промахнулся и Норденшельд: так появился на картах мыс «Веги» западнее мыса Челюскин. А «Заря» теперь стала 4-м судном после «Веги» с её вспомогательным кораблем «Лена» и «Фрама» Нансена, обогнувшим северную точку Евразии.

10 сентября подул северо-восточный ветер, по воде пошел мелкий лед. Началась вторая зимовка экспедиции. Силами экспедиции вокруг домика Воллосовича вскоре был сооружен из выносимого Леной к морю плавника домик для магнитных исследований, метеорологическая станция и баня.

За неделю, проведенную в походе, Колчак на реке Балыктах наблюдал интересное явление, с которым в 1920 году столкнутся солдаты его Восточного фронта в своем знаменитом «Ледяном походе». При чрезвычайно сильном морозе река местами промерзает до дна, после чего под напором течения лед трескается, и вода продолжает течь поверх него, пока вновь не замерзнет.

Вечером 23 мая Толль, Зееберг, Протодьяконов и Горохов двинулись в сторону острова Беннетта на 3 нартах, везя с собой запаса продовольствия чуть более, чем на 2 месяца. Путь занял 2 месяца, и концу путешествия провиант был уже на исходе.

8 августа, проведя некоторые необходимые судовые работы, оставшиеся члены экспедиции, отправились в направлении острова Беннетта. Согласно воспоминаниям Катина-Ярцева, экспедиция собиралась идти проливом между островами Бельковским и Котельным. Когда же проход оказался закрыт, Матисен стал огибать Котельный с юга, чтобы через Благовещенский пролив пройти к мысу Высокому и забрать Бирулю. В мелководном проливе судно повредилось, появилась течь. До Высокого оставалось миль 15, но Матисен поосторожничал и решил попробовать обойти Новую Сибирь с южной стороны. План удалось исполнить, и к 16 августа «Заря» полным ходом шла к северу. Однако уже 17 августа лед заставил Матисена повернуть назад, и пытаться повторно зайти с запада, теперь уже не между Котельным и Бельковским, а западнее второго.

К 23 августа на «Заре» оставалась минимальная норма угля, о которой говорил в своей инструкции Толль. Даже если бы Матисен смог подойти к Беннетту, на обратный путь угля уже не оставалось. Ни одна из попыток Матисена не позволила приблизиться к Беннетту ближе 90 миль. Матисен не мог повернуть на юг, не посоветовавшись с Колчаком. Александр Васильевич, скорее всего, также не видел иного выхода, по крайней мере впоследствии он никогда не критиковал это решение и не отмежевывался от него.

30 августа в бухту Тикси вошла «Лена», тот вспомогательный пароход, что обогнул когда-то мыс Челюскин вместе с «Вегой». Опасаясь ледостава, капитан парохода дал экспедиции на сборы всего 3 дня. Колчак нашел укромный тихий уголок в бухте, куда отвели «Зарю». Бруснев оставался в селении Казачьем и должен был приготовить оленей для группы Толля, а в случае, если тот не появится до 1 февраля, ехать на Новую Сибирь и ждать его там.

В начале декабря 1902 года Колчак добрался до столицы, где вскоре уже занимался подготовкой экспедиции, целью которой было спасение группы Толля.

За Русскую полярную экспедицию Колчак был награждён орденом Святого Владимира 4-й степени. По итогам экспедиции в 1903 году Александр Васильевич был также избран действительным членом Императорского Русского географического общества.

Остров Колчак на карте южной части Таймырского залива, составленной по съёмкам участников Русской полярной экспедиции

Русско-японская война

По прибытии в Якутск Колчак узнал о нападении японского флота на русскую эскадру на рейде Порт-Артура и о начале Русско-японской войны. 28 января 1904 года он по телеграфу связался с Константином Константиновичем и попросил о своём переводе из Академии наук в Морское ведомство. Получив разрешение, Колчак ходатайствовал о направлении в Порт-Артур.

Колчак прибыл в Порт-Артур 18 марта. На следующий день лейтенант встретился с командующим Тихоокеанским флотом адмиралом С. О. Макаровым и попросил назначить на боевую должность — на миноносец. Однако Макаров смотрел на Колчака, как на человека, перешедшего ему дорогу при подготовке экспедиции по спасению Э. В. Толля, и решил его придержать, назначив 20 марта вахтенным начальником на крейсер 1-го ранга «Аскольд». Адмирал Макаров, которого Колчак, несмотря на скрытый конфликт, считал своим учителем, погиб 31 марта при взрыве на японской мине эскадренного броненосца «Петропавловск».

Колчак, больше всего не любивший монотонную и рутинную работу, добился своего перевода на минный заградитель «Амур». Перевод состоялся 17 апреля. Видимо, это было временное назначение, так как уже через четыре дня он был назначен командиром на эскадренный миноносец «Сердитый». Корабль относился ко второму отряду миноносцев, уступавших лучшим кораблям первого отряда и потому занятых на рутинных работах охраны входа в гавань или сопровождения тралящих судов. Назначение на такую работу было ещё одним разочарованием для рвущегося в бой молодого офицера.

Беспокойный и в чём-то даже авантюрный по характеру Колчак мечтал о рейдерских операциях на коммуникациях противника. Ему, скучавшему от оборонной тактики, хотелось участвовать в наступлениях, схватках с врагом лицом к лицу. Однажды на восторг сослуживца от быстрого хода судна лейтенант угрюмо ответил «Чего же хорошего? Вот если бы мы шли так вперёд, на неприятеля, было бы хорошо!»

Русские миноносцы в гавани Порт-Артура. 1904

1 мая впервые с начала военных действий на востоке Колчаку довелось принимать участие в серьёзном и опасном задании. В этот день началось выполнение операции, разработанной командиром минного заградителя «Амур» капитаном 2-го ранга Ф. Н. Ивановым. «Амур» с 50 минами на борту, не дойдя 11 миль до Золотой горы, отделяемый от японской эскадры, поставил минную банку. «Сердитый» под командованием Колчака вместе со «Скорым» шли с тралами впереди «Амура», расчищая ему путь. На следующий день, подорвавшись на расставленных минах, погибли японские броненосцы IJN Hatsuse и IJN Yashima, что стало самым громким успехом Первой Тихоокеанской эскадры за всю кампанию.

Первое самостоятельное командование Колчака боевым кораблём продолжалось до 18 октября, с почти месячным перерывом на излечение в госпитале от воспаления лёгких. И всё же Колчак успел совершить воинский подвиг на море. Ведя свою каждодневную рутинную работу, Колчак на своём миноносце ежедневно тралил внешний рейд, дежурил на проходе в бухту, обстреливал неприятеля, ставил мины. Он выбрал место для установки банки, но в ночь на 24 августа ему помешали три японских миноносца. Офицер проявил настойчивость, в ночь на 25 августа «Сердитый» вновь вышел в море, и Колчак поставил-таки 16 мин в облюбованном им месте в 20½ милях от гавани. Через 3 месяца, в ночь с 29 на 30 ноября, на расставленных Колчаком минах подорвался и затонул японский крейсер IJN Takasago. Этот успех был вторым по значению для русских военных моряков после потопления японских броненосцев IJN Hatsuse и IJN Yashima. Александр Васильевич очень гордился этим успехом, упоминал о нём в автобиографии 1918 года и на допросе в Иркутске в 1920 году.

Бронепалубный крейсер IJN Takasago.

Работа на миноносце становилась к этому времени всё однообразнее, и Колчак сожалел, что находится не в гуще событий, где решалась судьба Порт-Артура.

18 октября по собственной просьбе в связи с состоянием здоровья Колчак был переведён на сухопутный фронт, куда к этому времени переместились основные события военной кампании.

Александр Васильевич командовал батареей разнокалиберных орудий на артиллерийской позиции «Вооружённый сектор Скалистых гор», общее командование которым осуществлял капитан 2-го ранга А. А. Хоменко. В составе батареи Колчака были две небольшие батареи 47-миллиметровых пушек, стрелявшее по удалённым целям 120-миллиметровое орудие, батарея из двух 47-миллиметровых и двух 37-миллиметровых пушек. Позднее хозяйство Колчака было усилено ещё двумя старыми пушками с лёгкого крейсера «Разбойник».

7 ноября произошёл первый для Колчака сухопутный бой:

« В пятом часу открыли огонь почти все японские и наши батареи; стреляли 12-дюймовыми по Кумирненскому редуту. Через 10 минут сумасшедшего огня, сливавшегося в один сплошной гул и треск, все окрестности заволоклись буроватым дымом, среди которого совершенно не видны огни выстрелов и взрывания снарядов, разобрать ничего было нельзя; …среди тумана поднимается облако чёрного, бурого и белого цветов, в воздухе сверкают огоньки и белеют шарообразные клубы шрапнелей; корректировать выстрелы невозможно. Солнце тусклым от тумана блином зашло за горы, и дикая стрельба стала стихать. С моей батареи сделали по окопам около 121 выстрела.

— А. В. Колчак

»

Во время осады Порт-Артура лейтенант Колчак вёл записи, в которых систематизировал опыт артиллерийской стрельбы и собирал свидетельства о неудачной июльской попытке прорыва судов порт-артурской эскадры во Владивосток, проявляя себя вновь в качестве учёного — артиллериста и стратега.

К моменту капитуляции Порт-Артура Колчак тяжело заболел: к суставному ревматизму добавилось ранение. 22 декабря он попал в госпиталь. В апреле госпиталь был эвакуирован японцами в Нагасаки, и больным офицерам было предложено лечиться в Японии или возвращаться в Россию. Все русские офицеры предпочли Родину. 4 июня 1905 года Александр Васильевич прибыл в Санкт-Петербург, но здесь вновь обострилась его болезнь, и лейтенант опять попал в госпиталь.

Первая мировая война

Довоенная служба в Балтийском флоте

15 апреля 1912 года Колчак был назначен командиром эскадренного миноносца «Уссуриец». Александр Васильевич отправился на базу минной дивизии в Либаву.

В мае 1913 года Колчак был назначен командовать миноносцем «Пограничник», который использовался в качестве посыльного судна адмирала Эссена.

25 июня, после учебно-показательных постановок мин в финских шхерах, на борту командуемого Колчаком «Пограничника» собрались Николай II со свитой, министр И. К. Григорович, Эссен. Государь остался доволен состоянием команд и судов, Колчаку и другим командирам кораблей было объявлено «имянное монаршее благоволение».

Эскадренный миноносец «Пограничник», которым командовал капитан 2-го ранга А. В. Колчак в 1913—1914 гг.

В штабе командующего флотом стали готовить бумаги для производства Колчака в следующий чин. Аттестация, подготовленная 21 августа 1913 года непосредственным начальником Александра Васильевича командующим минной дивизией контр-адмиралом И. А. Шорре, характеризовала Колчака так:

« Выдающийся офицер во всех отношениях.

Нравственность, характер и здоровье: Характера твёрдого, установившегося, немного нервен в управлении кораблём, здоровья крепкого. Воспитанность и дисциплинированность: Весьма дисциплинирован, воспитания отличного. Особенности познания и иностранные языки: Большая начитанность по морским вопросам, специальная подготовка к службе Генерального штаба. Языки знает.

И. А. Шорре
»

6 декабря 1913 года «за отличие по службе» Александр Васильевич был произведён в капитаны 1-го ранга и через 3 дня уже был назначен исполняющим должность начальника оперативного отдела штаба командующего морскими силами Балтийского флота.

С 14 июля Колчак начал исполнять в штабе Эссена обязанности флаг-капитана по оперативной части. В этот день Колчак была награждён французским орденом Почётного легиона — в Россию приезжал с визитом французский президент Р. Пуанкаре.

Как один из ближайших помощников командующего Балтийским флотом Колчак сосредоточился на подготовительных мерах к стремительно приближавшейся большой войне. Работой Колчака было инспектирование отрядов флота, военно-морских баз, обдумывание защитных мер, минирования.

Война на Балтике

Вечером 16 июля штаб адмирала Эссена получил шифровку из Генерального штаба о мобилизации Балтийского флота с полуночи 17 июля. Всю ночь группа офицеров во главе с Колчаком занималась составлением инструкции для боя.

Броненосный крейсер «Рюрик», на котором ходил в боевые походы капитан 1-го ранга А. В. Колчак в 1914—1915 гг.

Впоследствии на допросе в 1920 году Колчак скажет:

« На «Рюрике», в штабе нашего флота, был громадный подъём, и известие о войне было встречено с громадным энтузиазмом и радостью. Офицеры и команды все с восторгом работали, и вообще начало войны было одним из самых счастливых и лучших дней моей службы. »

Первые два месяца войны Колчак воевал в должности флаг-капитана, разрабатывая оперативные задания и планы, при этом всегда стремился принять участие в самом бою. Позже был переведён в штаб Эссена.

В эту войну борьба на море стала много сложнее и разносторонне, чем раньше, очень важное значение приобрели оборонительные меры, в первую очередь, в виде минных заграждений. И именно мастером ведения минной войны проявил себя Колчак. Западные союзники считали его лучшим в мире специалистом по минному делу.

В августе близ острова Оденсхольм был захвачен севший на мель немецкий крейсер SMS Magdeburg. В числе трофеев была немецкая сигнальная книга. Из неё штаб Эссена узнал, что Балтийскому флоту противостоят довольно малые силы германского флота. В результате был поставлен вопрос о переходе Балтийского флота от глухой обороны к активным действиям.

В начале сентября план активных операций был одобрен, Колчак отправился защищать его в Ставку Главковерха. Великий князь Николай Николаевич признал активные операции Балтийского флота преждевременными. Почувствовавший настороженное отношение Ставки к Эссену, Колчак тяжело переживал неудачу своей миссии, «был чрезвычайно нервен и жаловался на чрезмерный бюрократизм, мешавший продуктивной работе».

Николай II и адмирал Эссен (в центре) с офицерами Балтийского флота. Пятый слева стоит Колчак. Крейсер «Россия», 25 февраля 1915 года

Осенью 1914 года штаб Эссена решил использовать ослабление бдительности со стороны немцев, уверенных в пассивной тактике русских морских сил, и при помощи постоянной работы миноносцев «завалить минами всё германское побережье». Колчак разработал операцию по минной блокаде немецких военно-морских баз. Первые мины были поставлены в октябре 1914 года близ Мемеля, и уже 4 ноября в районе этой минной банки пошёл ко дну германский крейсер Friedrich Carl. В ноябре была поставлена также банка близ острова Борнхольм.

В конце декабря 1914 года близ острова Рюген и банки Штольпе на путях, которыми германские судна шли из Киля, была осуществлена постановка минных полей, в которой принял активное участие капитан Колчак. Впоследствии на минах подорвались SMS Augsburg и лёгкий крейсер SMS Gazelle.

В феврале 1915 года капитан 1-го ранга А. В. Колчак командовал «полудивизионом особого назначения» из четырёх миноносцев в ходе минно-заградительной операции в Данцигской бухте. В море уже было много льда, и в ходе операции Колчаку пришлось применять свой опыт плавания в Арктике. Все миноносцы успешно достигли места постановки минного поля. Однако крейсер прикрытия «Рюрик» наскочил на камни и получил пробоину. Колчак повёл свои корабли дальше без прикрытия крейсеров. 1 февраля 1915 года Колчак поставил до 200 мин и успешно вернул свои суда на базу. Впоследствии на минах подорвались четыре крейсера (среди них крейсер «Бремен»), восемь миноносцев и 23 транспорта Германии, и командующему немецким Балтийским флотом принцу Генриху Прусскому пришлось распорядиться о запрете немецким кораблям выходить в моря до времени, когда будет найдено средство для борьбы с русскими минами.

Колчак был награждён орденом Святого Владимира 3-й степени с мечами. Имя Колчака приобрело известность и за рубежом: для обучения у него тактике минной войны англичане снарядили на Балтику группу своих морских офицеров.

В августе 1915 года германский флот, перейдя к активным действиям, предпринял попытку прорыва в Рижский залив. Его остановили именно минные заграждения: потеряв на русских минах несколько эсминцев и повредив некоторые крейсера, из-за угрозы новых потерь немцы вскоре отменили свои планы. Это привело затем и к срыву наступления их сухопутных войск на Ригу, так как оно не было поддержано с моря флотом.

В начале сентября 1915 года в связи с травмой контр-адмирала П. Л. Трухачёва временно освободилась должность начальника Минной дивизии, и её доверили Колчаку. Приняв дивизию 10 сентября, Колчак стал налаживать связи с сухопутным командованием. С командующим 12-й армией генералом Р. Д. Радко-Дмитриевым договорились общими силами препятствовать германскому наступлению вдоль берега. Дивизии Колчака предстояло отражать начавшееся крупномасштабное немецкое наступление и на воде, и на суше.

Эсминец «Сибирский стрелок» — флагманский корабль командира бригады миноносцев Колчака. 1915

Колчак стал разрабатывать десантную операцию в германском тылу. В результате высадки был ликвидирован наблюдательный пункт противника, захвачены пленные и трофеи. 6 октября отряд из 22 офицеров и 514 нижних чинов на двух канонерских лодках под прикрытием 15 миноносцев, линкора «Слава» и авиатранспорта «Орлица» отправились в поход. Руководил операцией лично А. В. Колчак. Соотношение потерь составляло 40 человек убитыми с германской стороны против 4 раненых с русской. Германцы были вынуждены на защиту береговой линии взять войска с фронта и с беспокойством ожидать манёвров русских со стороны Рижского залива.

В середине октября, когда начались снегопады и Колчак отвёл корабли в гавань Рогокюль на Моонзундском архипелаге, на флагманский миноносец пришла телефонограмма «Неприятель теснит, прошу флот на помощь. Меликов». Утром, подойдя к побережью, узнали, что на мысе Рагоцем ещё держались русские части, отрезанные немцами от основной своей группировки. Став на бочку, миноносец «Сибирский стрелок» соединился со штабом Меликова. Остальные миноносцы Колчака подошли к берегу, открыли шрапнельный огонь по атакующим немецким цепям. В этот день русские войска отстояли свои позиции.Кроме того, Меликов просил помощи Колчака уже в своём контрнаступлении. В течение часа немецкие позиции пали, был взят город Кеммерн, а германцы поспешно бежали. 2 ноября 1915 года Николай II по докладу Радко-Дмитриева наградил Колчака орденом Святого Георгия 4-й степени. Эта награда была пожалована Александру Васильевичу за командование Минной дивизией.

Возвращение Колчака на его прежнее место службы — в штаб — оказалось непродолжительным: уже в декабре выздоровевший Трухачёв получил новое назначение, и 19 декабря Александр Васильевич уже принимал снова Минную дивизию, причём на этот раз уже как действующий её командир, на постоянной основе. Однако и за непродолжительное время работы в штабе капитан Колчак успел сделать очень важное дело: разработал план операции по минированию Виндавы, успешно реализованный позднее.

Перед тем как лёд покрыл Балтийское море, Колчак, едва успев принять Минную дивизию, предпринял новую минно-заградительную акцию в районе Виндавы. Однако планам помешал взрыв и полузатопление миноносца «Забияка», отменивший операцию. Это была первая не увенчавшаяся успехом операция Колчака.

Кроме постановок минных заграждений, Колчак часто выводил под личным командованием в море группы кораблей для охоты за различными судами противника, сторожевой службы. Неудачей закончился один из таких выходов, когда погиб сторожевой корабль «Виндава». Однако неудачи были исключениями. Как правило, проявленные командиром Минной дивизии умение, храбрость и находчивость вызывали восхищение у его подчинённых, получали быстрое распространение во флоте и в столице.

Слава, которую снискал себе Колчак, была заслуженной: к концу 1915 года потери немецкого флота в части боевых кораблей превосходили аналогичные русские в 3,4 раза; в части торговых судов — в 5,2 раза, и его личную роль в этом достижении вряд ли возможно переоценить.

В весенней кампании 1916 года, когда германцы повели наступление на Ригу, роль колчаковских крейсеров «Адмирал Макаров» и «Диана», а так же линкора «Слава» состояла в обстреле и препятствовании продвижению противника.

С принятием 23 августа 1915 года Николаем II звания Верховного главнокомандующего в Ставке отношение к флоту стало меняться в лучшую сторону. Это почувствовал и Колчак. Вскоре стало двигаться и представление его к следующему воинскому званию. 10 апреля 1916 года Александр Васильевич был произведён в контр-адмиралы.

В контр-адмиральском звании Колчак боролся на Балтике с транспортировкой железной руды из Швеции в Германию. Первая атака транспортных судов Колчаком оказалась неудачной, поэтому второй поход, 31 мая, был спланирован до мелочей. С тремя миноносцами «Новик», «Олег» и «Рюрик» Александр Васильевич в течение 30 минут потопил ряд транспортных судов, а также всех отважно вступивших с ним в бой конвоиров. В результате этой операции Германия приостановила морские перевозки из нейтральной Швеции. Последняя задача, которой Колчак занимался на Балтийском флоте, была связана с разработкой крупной десантной операции в немецком тылу в Рижском заливе.

28 июня 1916 года указом императора Колчак был произведён в вице-адмиралы и назначен командующим Черноморским флотом, став, таким образом, самым молодым из командующих флотами воюющих держав.

Война в Черном море

В начале сентября 1916 года Александр Васильевич был в Севастополе, побывав по дороге в Ставке и получив там от Государя и начальника его штаба секретные инструкции. Встреча Колчака с Николаем II в Ставке стала третьей и последней. Колчак провёл в Ставке один день 4 июля 1916 года. Верховный главнокомандующий рассказал новому командующему Черноморским флотом о ситуации на фронтах, передал содержание военно-политических соглашений с союзниками о скором вступлении в войну Румынии. В Ставке Колчак был ознакомлен с указом о награждении его орденом Святого Станислава 1-й степени.

По отработанным на Балтике методам через некоторое время под своим личным руководством Колчак провёл минирование Босфора, турецкого побережья, которое затем повторялось, и практически вообще лишил противника возможности активных действий. Подорвались на минах 6 вражеских подводных лодок.

Первая задача, поставленная Колчаком флоту, заключалась в очистке моря от вражеских военных кораблей и прекращении неприятельского судоходства вообще. Для достижения этой цели, выполнимой только при полной блокировке Босфора и болгарских портов, М. И. Смирнов начал планирование операции по минированию портов врага. Для борьбы с подводными лодками Колчак пригласил на Черноморский флот своего товарища по столичному офицерскому кружку капитана 1-го ранга Н. Н. Шрейбера, изобретателя специальной малой мины для подводных лодок; были заказаны и сети для заграждения выходов подводных лодок из портов.

Перевозки для нужд Кавказского фронта стали обеспечиваться разумным и достаточным охранением, и за всю войну это охранение не было ни разу прорвано противником, а за время командования Черноморским флотом Колчаком был потоплен лишь один русский пароход.

В конце июля началась операция по минированию Босфора. Начала операцию подводная лодка «Краб», выставившая в самом горле пролива 60 мин. Затем по приказу Колчака был заминирован вход в пролив от берега до берега. После чего Колчак заминировал выходы из болгарских портов Варна, Зонгулдак, что сильно ударило по турецкой экономике.

Линкор «Императрица Мария».

К концу 1916 года командующий Черноморским флотом реализовал свою задачу, прочно заперев германо-турецкий флот, включая SMS Goeben и SMS Breslau, в Босфор, и ослабив напряжение транспортной службы русского флота.

Вместе с тем служба Колчака на Черноморском флоте была отмечена рядом неудач и потерь, которых могло и не быть. Самой крупной потерей стала гибель 7 октября 1916 года флагмана флота линкора «Императрица Мария».

Босфорская операция

Морской отдел Ставки и штаб Черноморского флота разработали простой и дерзкий план Босфорской операции.

Было решено нанести неожиданный и стремительный удар в центр всего укреплённого района — Константинополь. Операция планировалась моряками на сентябрь 1916 года. Предполагалось сочетать действия сухопутных войск на южном крае Румынского фронта с действиями флота.

С конца 1916 года началась комплексная практическая подготовка к Босфорской операции: проводили тренировки по высадке десанта, стрельбе с кораблей, разведывательные походы отрядов миноносцев к Босфору, всесторонне изучали побережье, проводили аэрофотосъёмку. Формировалась специальная десантная Черноморская дивизия морской пехоты во главе с полковником А. И. Верховским, которую курировал лично Колчак.

31 декабря 1916 года Колчак отдал приказ о формировании Черноморской воздушной дивизии, отряды которой предполагалось развёртывать в соответствии с поступлением морских самолётов. В этот день Колчак во главе отряда из трёх броненосцев и двух авиатранспортов предпринял поход к берегам Турции, однако из-за усилившегося волнения бомбардировку берегов неприятеля с гидросамолётов пришлось отложить.

М. Смирнов уже в эмиграции писал:

« Не случись революции, Колчак водрузил бы русский флаг на Босфоре. »

События 1917 года

События февраля 1917 года в столице застали вице-адмирала Колчака в Батуме, куда он отправился на встречу с командующим Кавказским фронтом Великим князем Николаем Николаевичем для обсуждения графика морских перевозок и строительства порта в Трапезунде. 28 февраля адмирал получил телеграмму из Морского генерального штаба о бунте в Петрограде и захвате города мятежниками.

Колчак до последнего оставался верен императору и далеко не сразу признал Временное правительство. Однако в новых условиях ему пришлось по-другому организовывать свою работу, в частности, по поддержанию дисциплины на флоте. Постоянные выступления перед матросами, заигрывание с комитетами позволили относительно долгое время сохранять остатки порядка и не допустить тех трагических событий, которые произошли в это время на Балтийском флоте. Однако ввиду общего развала страны ситуация не могла не ухудшиться.

15 апреля адмирал прибыл в Петроград по вызову военного министра Гучкова. Последний надеялся использовать Колчака в роли главы военного переворота и предложил Александру Васильевичу взять на себя командование Балтийским флотом. Однако назначение Колчака на Балтику не состоялось.

В Петрограде Колчак принял участие в заседании правительства, где выступал с докладом о стратегической ситуации на Чёрном море. Его доклад произвёл благоприятное впечатление. Когда зашла речь о Босфорской операции, Алексеев решил воспользоваться ситуацией и окончательно похоронить операцию.

Колчак участвовал и в совещании командующих фронтами и армиями в штабе Северного фронта в Пскове. Оттуда адмирал вынес тяжёлое впечатление о деморализации войск на фронте, братании с германцами и скором их развале.

В Петрограде адмирал был очевидцем вооружённых солдатских манифестаций и считал, что их необходимо подавить при помощи силы. Отказ Временного правительства Корнилову, командующему столичным военным округом, в подавлении вооружённой демонстрации Колчак считал ошибкой, наравне с отказом в этом ему в случае необходимости во флоте действовать аналогично.

Вернувшись из Петрограда, Колчак занял наступательную позицию, пытаясь выйти на общероссийскую политическую сцену. Усилия адмирала по предотвращению анархии, развала флота давали плоды: Колчаку удалось поднять дух в Черноморском флоте. Под впечатлением от выступления Колчака было принято решение о посылке делегации от Черноморского флота на фронт и на Балтийский флот для поднятия боевого духа и агитации за сохранение боеспособности войск и победное завершение войны, «чтобы вели войну активно при полном напряжении сил».

Колчак в деле борьбы с пораженчеством и развалом армии и флота не ограничивался исключительно поддержкой патриотических порывов самих матросов. Командующий сам стремился активно влиять на матросскую массу.

С отъездом делегации положение на флоте ухудшилось, людей стало не хватать, между тем как антивоенная агитация усилилась. Из-за пораженческой пропаганды и агитации со стороны РСДРП (б), усилившейся после февраля 1917 года в армии и флоте, дисциплина стала падать.

Колчак продолжал регулярно выводить флот в море, так как это позволяло отвлекать людей от революционной активности и подтягивало их. Крейсеры и миноносцы продолжали обходы вражеского побережья, а подводные лодки, регулярно сменяясь, дежурили близ Босфора.

После отъезда Керенского сумятица и безвластие на Черноморском флоте стали усиливаться. 18 мая комитет эсминца «Жаркий» потребовал списать на сушу командира корабля Г. М. Веселáго «за излишнюю храбрость». Колчак приказал поставить миноносец в резерв, а Веселáго перевёл на другую должность. Недовольство моряков вызвало и решение Колчака поставить на ремонт броненосцы «Три святителя» и «Синоп» с распределением их чрезмерно революционно настроенных команд по другим портам. Росту напряжённости и левоэкстремистских настроений среди черноморцев способствовал и приезд в Севастополь делегации моряков Балтийского флота, состоявшей из большевиков и снабжённой огромным грузом большевистской литературы.

Последние недели своего командования флотом Колчак уже не ждал и не получал от правительства никакой помощи, стараясь решать все проблемы своими силами. Однако его попытки восстановить дисциплину встречали противодействие рядового состава армии и флота.

5 июня 1917 г. революционизированные матросы постановили, что офицеры обязаны сдать огнестрельное и холодное оружие. Колчак взял свою георгиевскую саблю, полученную за Порт-Артур, и выбросил ее за борт, сказав матросам:

« Японцы, наши враги - и те оставили мне оружие. Не достанется оно и вам! »

6 июня Колчак направил Временному правительству телеграмму с сообщением о происшедшем бунте и о том, что в создавшейся обстановке он не может более оставаться на посту командующего. Не дожидаясь ответа, он передал командование контр-адмиралу В. К. Лукину.

Видя, что ситуация выходит из-под контроля, и опасаясь за жизнь Колчака, М. И. Смирнов по прямому проводу вызвал А. Д. Бубнова, который связался с Морским генштабом и просил немедленно доложить министру о необходимости вызова Колчака и Смирнова ради спасения их жизней. Ответная телеграмма Временного правительства пришла 7 июня: «Временное правительство… приказывает адмиралу Колчаку и капитану Смирнову, допустившим явный бунт, немедленно выехать в Петроград для личного доклада». Таким образом, Колчак автоматически попадал под следствие и выводился из военно-политической жизни России. Керенский, уже тогда видевший в Колчаке соперника, использовал этот шанс, чтобы отделаться от него.

Скитания

Русская военно-морская миссия в составе А. В. Колчака, М. И. Смирнова, Д. Б. Колечицкого, В. В. Безуара, И. Э. Вуич, А. М. Мезенцева покинула столицу 27 июля 1917 года. До норвежского города Бергена Александр Васильевич добирался под чужой фамилией — чтобы скрыть свои следы от немецкой разведки. Из Бергена миссия проследовала в Англию.

В Англии

В Англии Колчак провёл две недели: знакомился с морской авиацией, подводными лодками, тактикой противолодочной борьбы, посещал заводы. С английскими адмиралами у Александра Васильевича сложились хорошие отношения, союзники доверительно посвящали Колчака в военные планы.

В США

Колчак и американский адмирал Д. Коффман на палубе флагманского линкора «Пенсильвания». США. 1917

16 августа русская миссия на крейсере «Глонсестер» вышла из Глазго к берегам США, куда прибыла 28 августа 1917 года. Выяснилось, что никакой Дарданелльской операции американский флот никогда и не планировал. Отпала главная причина поездки Колчака в Америку, и с этого момента его миссия носила военно-дипломатический характер. Колчак пробыл в США около двух месяцев, за это время встречался с русскими дипломатами во главе с послом Б. А. Бахметьевым, морским и военным министрами и государственным секретарём США. 16 октября Колчака принял американский президент В. Вильсон.

Колчак по просьбе коллег-союзников поработал в американской Морской академии, где консультировал слушателей академии по минному делу.

В Сан-Франциско, уже на западном побережье США, Колчак получил телеграмму из России с предложением выставить свою кандидатуру в Учредительное собрание от кадетской партии по Черноморскому флотскому округу, на что он ответил согласием, однако его ответная телеграмма опоздала.12 октября Колчак с офицерами отправился из Сан-Франциско во Владивосток на японском пароходе «Карио-Мару».

В Японии

Через две недели пароход прибыл в японский порт Йокогама. Здесь Колчак узнал о свержении Временного правительства и захвате власти большевиками, о начале переговоров правительства Ленина с германскими властями в Бресте о сепаратном мире, позорнее и кабальнее которого Колчак не мог себе представить.

Колчаку теперь предстояло решить тяжёлый вопрос, что делать дальше, когда в России утвердилась власть, которую он не признавал, считая изменнической и повинной в развале страны.

В сложившейся обстановке своё возвращение в Россию он считал невозможным и сообщил о своём непризнании сепаратного мира союзному английскому правительству. Он просил также принять его на службу «как угодно и где угодно» для продолжения войны с Германией.

Вскоре Колчака вызвали в английское посольство и сообщили, что Великобритания охотно принимает его предложение. 30 декабря 1917 года Колчак получил сообщение о назначении на Месопотамский фронт. В первой половине января 1918 года Колчак выехал из Японии через Шанхай в Сингапур.

В Сингапуре и в Китае

В марте 1918 года, прибыв в Сингапур, Колчак получил секретное поручение срочно возвращаться в Китай для работы в Маньчжурии и Сибири. Изменение решения англичан было связано с настойчивыми ходатайствами русских дипломатов и других политических кругов, видевших в адмирале кандидата в вожди противобольшевистского движения. Первым пароходом Александр Васильевич вернулся в Шанхай, где и завершилась, не успев начаться, его английская служба.

C прибытием Колчака в Китай завершился период его зарубежных скитаний. Теперь адмирала ожидала политическая и военная борьба с большевистским режимом внутри России.

Верховный правитель России

Верховный правитель вручает полковое знамя. 1919 г.

Колчак в результате ноябрьского переворота стал Верховным правителем России. На этой должности он старался восстановить закон и порядок на подконтрольных ему территориях. Колчак провел ряд административных, военных, финансовых и социальных реформ. Так, были предприняты меры по восстановления промышленности, снабжению крестьян сельскохозяйственной техникой, освоению Северного морского пути. Более того, с конца 1918 г. Александр Васильевич начал готовить Восточный фронт к решающему весеннему наступлению 1919 г. Однако к этому времени и большевики сумели подтянуть крупные силы. Ввиду ряда серьезных причин уже к концу апреля наступление белых выдохлось, а потом они попали под мощнейший контрудар. Началось отступление, которое так и не удалось остановить.

По мере ухудшения положения на фронте начала падать дисциплина в войсках, а общество и высшие сферы оказались деморализованы. Уже к осени стало ясно, что белая борьба на востоке проиграна. Не снимая ответственности с Верховного правителя, все же отметим, что в сложившейся ситуации с ним рядом не оказалось практически никого, кто был способен помочь решить системные проблемы.

В январе 1920 г. в Иркутске Колчак был выдан чехословаками (которые больше не собирались участвовать в Гражданской войне в России и пытались максимально быстрее покинуть страну) местному революционному совету. До этого Александр Васильевич отказался бежать и спасти жизнь, заявив: «Я буду разделять судьбу армии». В ночь на 7 февраля он был расстрелян по приказу военно-революционного комитета большевиков.

Награды

  • Медаль «В память царствования императора Александра III» (1896)
  • Орден Святого Владимира 4-й степени (6 декабря 1903)
  • Орден Святой Анны 4-й степени с надписью «За храбрость» (11 октября 1904)
  • Золотое оружие «За храбрость» — сабля с надписью «За отличие в делах против неприятеля под Порт-Артуром» (12 декабря 1905)
  • Орден Святого Станислава 2-й степени с мечами (12 декабря 1905)
  • Большая золотая Константиновская медаль (30 января 1906)
  • Серебряная медаль на Георгиевской и Александровской ленте в память Русско-японской войны 1904—1905 годов (1906)
  • Мечи и бант к именному ордену Святого Владимира 4-й степени (19 марта 1907)
  • Орден Святой Анны 2-й степени (6 декабря 1910)
  • Медаль «В память 300-летия царствования дома Романовых» (1913)
  • Французский Орден Почётного легиона офицерского креста (1914)
  • Крест «За Порт-Артур» (1914)
  • Медаль «В память 200-летия морского сражения при Гангуте» (1915)
  • Орден Святого Владимира 3-й степени с мечами (9 февраля 1915)
  • Орден Святого Георгия 4-й степени (2 ноября 1915)
  • Орден Бани (1915)
  • Орден Святого Станислава 1-й степени с мечами (4 июля 1916)
  • Орден Святой Анны 1-й степени с мечами (1 января 1917)
  • Золотое оружие — кортик Союза офицеров армии и флота (июнь 1917)
  • Орден Святого Георгия 3-й степени (15 апреля 1919)

Память

Памятник Колчаку в Иркутске.

Мемориальные доски в честь и память Колчака установлены на здании Морского корпуса, который окончил Колчак, в Санкт-Петербурге (2002), на здании вокзала в Иркутске, во дворе часовни Николая Мирликийского в Москве (2007). На фасаде здания Краеведческого музея (Мавританский замок, бывшее здание Русского географического общества) в Иркутске, где Колчак читал доклад об Арктической экспедиции 1901 года, восстановлена уничтоженная после революции почётная надпись в честь Колчака — рядом с именами других учёных и исследователей Сибири. Имя Колчака высечено на памятнике героям Белого движения («Галлиполийском обелиске») на парижском кладбище Сент-Женевьев-де-Буа. В Иркутске на месте «упокоения в водах Ангары» установлен крест.

18 декабря 2006 года в Иркутске в здании Иркутской тюрьмы был открыт Музей истории Иркутского тюремного замка имени А. В. Колчака, а в нём — экспозиция в бывшей камере Колчака.

В апреле 2014 г. Монархическая партия РФ объявила о планах по установке памятника Колчаку в Севастополе.

Ссылки

Литература

Категории: