Форум геймеров и читеров 4cheaT
Реклама:

Редер, Эрих в World of Tanks (WoT)

Поделиться с друзьями:

Редер, Эрих

Новые темы на Форуме World of Tanks
Тема Автор Раздел Ответов Последнее сообщение
Комп зависает при просмотре игрового видео на Ютуб... Владимир7887 Вопросы по игре World of Tanks 1 2016-12-04 01:08
скажите дота 2 или танки потянет проц 6700 dual co... artemfcsh Вопросы по игре World of Tanks 0 2016-12-04 01:06
Röntgen 0.9.16 dGreen Читы World of Tanks 0.9.16 2 2016-12-04 01:44
Сколько мм брони может пробить современный 152 мм ... имя Вопросы по игре World of Tanks 0 2016-12-03 23:46
Почему здесь нельзя говорить неоднозначно о так на... Дим Вопросы по игре World of Tanks 1 2016-12-03 23:46
Не запускается world of tanks Егор332 Вопросы по игре World of Tanks 1 2016-12-03 19:13
Ошибка при запуске World of Warships alex44 Вопросы о World of Warships 0 2016-12-03 12:57
Помогите с не сложным вопросом (для меня сложно) в... vlad228228 Вопросы о World of Warships 3 2016-11-22 13:14
Перейти к: навигация, поиск
Редер_в_цвете.png
Германия Эрих Йоханн Альберт Редер
Годы жизни 1876 — 1960
Место рождения город Вандсбек близ Гамбурга
Гражданство Германия
Годы службы 1894 — 1943
Основные события

Первая мировая война, Вторая мировая война

Вершина карьеры
  • Кадет военно-морского училища
  • Офицер-сигнальщик на броненосцах "Заксен" и "Дойчланд"
  • Заведующий зарубежной прессой и редактор журнала "Морское обозрение" и ежегодника "Nautilus" в Управлении информации ВМС
  • Штурман на личной яхте Вильгельма II "Hohenzollern"
  • Начальник штаба командующего крейсерскими силами адмирала фон Хиппера
  • Командир лёгкого крейсера "Cöln"
  • Начальник Центрального бюро командования ВМС
  • Работа в архиве ВМС, публикация работ «Крейсерская война в зарубежных водах», «Деятельность лёгких крейсеров „Эмден“ и „Карлсруэ“», «Война на море» (стал крупнейшим специалистом по крейсерским операциям флота)
  • Контр-адмирал, инспектор военно-морских учебных заведений
  • Командующий крейсерскими силами Северного моря
  • Вице-адмирал, командующий Балтийского военно-морского района
  • Начальник военно-морского командования
  • Главнокомандующий Кригсмарине, гросс-адмирал
Награды
  • 01_Ribbon_of_Knight's_Cross_of_the_Iron_Cross.png
    рыцарский крест Железного креста
  • 42pix
    железный крест I класса
  • 42pix
    железный крест II класса
  • 42pix
    орден дома Гогенцоллернов
  • 42pix
    орден Красного орла
  • 42pix
    баварский орден "За военные заслуги"
  • 42pix
    золотой партийный знак НСДАП
  • 42pix
    кавалер большого креста ордена Святых Маврикия и Лазаря
  • 42pix
    великий офицер ордена Святых Маврикия и Лазаря
  • 42pix
    орден Восходящего солнца I класса
  • 42pix
    военный орден Италии
  • 42pix
    большой крест ордена Белой розы
  • 42pix
    орден Белого орла
  • 42pix
    кавалер большого креста ордена Спасителя
  • 42pix
    орден Михая Храброго
Эрих Йоханн Альберт Редер (нем. Erich Johann Albert Raeder; 1876 — 1960) — немецкий гросс-адмирал, один из наиболее выдающихся командующих Кригсмарине, основоположник немецкой доктрины крейсерской войны, сторонник тотальной войны на море. На Нюрнбергском процессе приговорен к пожизненному заключению как один из главных военных преступников.

Содержание

Детство и начало службы на флоте (1876—1894 годы)

Эрих Редер (родился 24 апреля 1876 года в местечке Вандсбек под Гамбургом, прусской провинции Шлезвиг-Гольштейн.

Ганс Редер, отец Эриха, был преподавателем французского и английского языков гимназии Маттиаса Клаудиуса. Дед тоже был учителем, владельцем частной школы. Мать, Гертруда Хартманн, была дочерью придворного музыканта Альберта Хартманна.

Атмосфера в столь интеллигентной семье была такова, что жалованье, получаемое родителями трёх детей, тратилось, чтобы дать им образование, на остальном экономили. Это научило детей не только довольствоваться малым, но и прививало им дисциплину. Родители искренне любили детей и старались научить их самому хорошему: любви к Богу, правде и чистоте. Редер пишет в своих воспоминаниях[1]:

« Я до сих пор помню, как усердно мой отец растолковывал мне важность посещения церкви и значение церковной службы перед тем, как я впервые отправился вместе с ним и с матерью в нашу церковь в Вандсбеке. »

Школьные годы не были обременительны для юного Эриха: учёба давалась легко, а кроме того, она перемежалась частыми поездками. С одной из них связан довольно занятный эпизод, произошедший примерно в 1889 году:

« В гавани города Любека я впервые в жизни увидел военный корабль, учебный корвет «Москит». Это единственный военный корабль, который я видел до начала своей службы на военно-морском флоте. Мы даже побывали на борту «Москита», что не произвело на меня совершенно никакого впечатления. »

На тот момент времени мальчику было 13 лет. Тогда ему впервые пришлось столкнуться с некоторыми трудностями. Дело в том, что в том же 1889 году его отца неожиданно назначили заведующим гимназией Фридриха-Вильгельма в городе Грюнберге за его заслуги в преподавании, коих он добился во время стажировок в Англии и Франции. Однако это повышения отца обернулось для его сына не столь благоприятно: возникли проблемы как с учёбой, так и с освоением в новой обстановке.

« Однако четыре недели усиленных занятий под руководством отца летом на пляже позволили мне догнать их в английском, а преподаватель математики в Грюнберге за еще более короткий срок помог заполнить мои пробелы в геометрии. »

Привыкнуть к новой «грюнбергской» обстановке оказалось труднее: помимо общей разницы в культурном уровне, 13-летний Эрих оказался в другой языковой среде — в Германии и до сих пор существует множество диалектов, к одному из которых пришлось привыкнуть мальчику. Но и эта проблема скоро исчезла, а семья полностью обжилась в новом доме.

Изначально после окончания гимназии в Грюнберге Эрих Редер планировал пойти в медицину, где бы он стал военным хирургом. Для достижения этой цели он даже стал подтягивать пробелы в греческом языке и латыни. Но тут вмешался случай…

« Во время последнего года, проведенного мной в стенах гимназии, я выиграл на одном из конкурсов книгу. Ее автором был адмирал фон Вернер, описавший кругосветное путешествие принца Генриха Прусского в бытность его курсантом военно-морского училища. По всей книге были рассыпаны подробные описания восхитившей меня повседневной жизни на борту парусного фрегата. Весь год я читал и перечитывал эту книгу, пока не выучил наизусть все подробности жизни курсантов военно-морского флота на борту судна. »

Наверное, этот знак судьбы и определил решение юноши: в марте 1894 года он сообщил отцу о своем решении и попросил его написать заявление в Главное управление военно-морского флота (нем. Oberkommando der Marine) с просьбой зачислить в военно-морское училище. И вновь вмешалась судьба. Срок для представления подобных заявлений уже истек в начале октября прошлого года, но ответ на заявление пришел удивительно быстро[2]. В ответе от подавшего заявление юноши требовалось пройти медицинскую комиссию, которую он прошел без всяких проблем, и прибыть в Киль 1 апреля. Поездка через всю Германию из Силезии в Киль и пребывание там вместе с десятками других кандидатов в моряки, среди которых у Эриха не было ни одного знакомого, стали для него тяжким испытанием. Так начался первый этап становления будущего адмирала.

Обучение в императорском военно-морском флоте и офицерская подготовка (1894—1897 годы)

По прибытию в Киль Эрих еще не представлял, с чем ему придется столкнуться в ближайшие три года. Сразу же началось обучение, сильно отличавшееся от того, что он привык видеть в Вандсбеке и Грюнберге: во время строевой подготовки сержанты вешали на только что прибывших бедолаг такие словесы, что многие задумывались, стоит ли им продолжать обучение в такой обстановке. Кроме того, кадеты занимались изучением лабиринтов парусной оснастки на примере искусно сделанных моделей судов, основ гребли на шлюпках.

Как только теория была освоена, провели парад, на котором присутствовал сам кайзер, затем кадеты приняли присягу и чуть позже получили направления на учебные суда. Учёба на берегу кончилась.

Семьдесят кадетов, проходивших обучение в то время, получили звания мичмана и были разделены на две группы по 35 человек в каждой и направлены на учебные корабли его Величества «Штош» и «Штайн». Редер попал на первый, где служил под началом капитана фон Шукмана и младшего лейтенанта фон Штудница. Здесь по программе обучения молодые мичманы перешли от теории к практике, и, помимо работы с парусами, которые им чаще всего приходилось не рифить, а поспешно убирать в штормовую погоду, им приходилось заниматься греблей, хождением под парусом на одномачтовом тендере, работой со 150-мм орудиями старого образца. Но и теоретические занятия никуда не делись: навигация, математика, английский и французский языки — всё это осталось.

Летом и зимой курсанты совершили два похода: по Балтике и в Вест-Индию, после чего им пришлось сдавать экзамены, оказавшиеся отнюдь не лёгкими. «Лишь 60 [курсантов] смогли миновать все их мели и подводные рифы», — пишет Редер в своих мемуарах. Экзамены остались позади, и вновь судьба улыбнулась мичману:

« Через две-три недели я получил уведомление, что экзамены я сдал первым в своей группе и был произведен в звание гардемарина [3]. »

Но на этом учёба не закончилась: всем выдержавшим экзамены, а это шестьдесят новоиспеченных офицеров, предстояло научиться командовать людьми. Как и в самом начале обучения, их разделили на группы, но уже на четыре. Эрих Редер попал под командование капитан-лейтенанта де Фонсека-Вольхайма на учебное парусное судно «Гнейзенау», которым командовал капитан 3-го ранга фон Дассель. Один из ключевых факторов в военно-морском братстве — это дружба, и курсанты набора 1894 года смогли пронести эту дружбы через года и в мирное, и в военное время.

После участия «Гнейзенау» и других кораблей в церемонии открытия канала имени кайзера Вильгельма, Эрих вместе с другими сотоварищами направился в Лервик (Шетландские острова), где планировались масштабные флотские учения имени Тирпица. Эти учения проводились ежегодно под командованием одного из старших адмиралов для отработки боевой тактики флота в будущих сражениях.

После учений группы опять направились в походы, где отрабатывались навыки практического обслуживания механизмов и прочая практика, необходимая для офицера флота. Не забыли и про теоретические знания в навигации, торпедном и артиллерийском деле. К слову, для отработки теории по минно-торпедному и артиллерийскому делу гардемаринов направили на специальные суда, где они провели шесть месяцев.

К концу 1896 года гардемаринов вновь собрали в Киле. Им предстоял последний год обучения, но уже в стенах военно-морского училища и с некоторыми послаблениями. У выпускников была возможность заниматься лёгкой атлетикой, хождением под парусом и просто наслаждаться прогулками по живописной бухте Эккендорф. Всем им предстояло выдержать очередные экзамены и стать офицерами. Впереди их ждала настоящая морская служба.

После училища (1897—1913 годы)

Первая должность и первый карьерный рост

Получив звание младшего лейтенанта, 1 октября 1897 года Редер был назначен офицером-сигнальщиком на броненосец «Заксен». В его задачи входили обучение и подготовка матросов-сигнальщиков, а также он отвечал за все сигнальное хозяйство корабля.

« Назначение это я считал подарком судьбы, поскольку по своим обязанностям всегда находился на судовом мостике, в особенности во время маневров и тренировочных походов. Здесь молодой офицер имел возможность приобрести опыт и знания, наблюдая за работой старших офицеров корабля. »

Командиром «Заксена» был капитан 1-го ранга Плахте. Именно благодаря этому человеку молодой офицер-сигнальщик не только преуспел в мастерстве в своей должности, но и приобрел ценнейший опыт в судовождении, навигации, управлении судном и тактике. Редер отмечает в своих мемуарах:

« В то время, стоя на мостике «Заксена», я не имел ни малейшего представления, какая важная роль предназначена должности офицера-сигнальщика в моей будущей карьере. »

Но именно в тот период времени военно-морских флоты всех держав начали осознавать всю важность сигнализации, к которой до этого времени относились крайне пренебрежительно. Немцы стали «первопроходцами», и в сигнализации, надо сказать, уже на тот момент преуспели.

Внешний вид броненосца «Заксен»

Однако служба на «Заксене» внезапно прекратилась — Редера перевели на линкор «Дойчланд». Правда, на новом корабле распоряжался Плахте, также получивший перевод. И этот факт несказанно радовал Эриха. Соединению, флагманом которого выступил этот линкор, было поручено занять Циндао и залив Киачоу на Шаньдунском полуострове, успешно арендованных Германией у Китая. Командиром Дальневосточной эскадры стал принц Генрих, брат самого кайзера, — это свидетельствовало о значимости дальневосточного региона в мировой политике, и в том числе значимости региона для Германии.

« На борту «Дойчланда» я исполнял обязанности офицера-сигнальщика не только корабля, но и адмиральского штаба. В порядке особого поручения на меня возложили и командование судовым оркестром, дирижером которого был известный музыкант Поллингер. Любовь к музыке, унаследованная мной от матери, сделала эту обязанность ничуть не обременительной. »

От капитана Плахте поступило и еще одно приказание, пришедшее по душе лейтенанту цур зее Редеру. Ему нужно было делать для экипажа и офицеров корабля исторические и тактические обзоры портов, в которые собиралась зайти эскадра. Корабли эскадры заходили в Гибралтар, Коломбо, Сингапур (куда они проследовали совместно с русскими судами, попутно отрабатывая навыки обмена информацией), Гонконг и, наконец, Циндао.

Циндао был не просто военно-морской базой Германии, но и пунктом, откуда наносились визиты в другие порты и страны. Первый визит был в Пекин: сначала к императору, затем обзор окрестностей города.

« Вслед за Пекином мы посетили Порт-Артур и Вэйхай. В Порт-Артуре русские еще вовсю возводили укрепления, но все же дали большой торжественный прием в честь германского принца. В Вэйхае же ничего, напротив, не строилось, было похоже на то, что британцы арендовали этот порт только в ответ на русскую базу, располагавшуюся как раз напротив, по другую сторону узкого пролива. »

Следующей целью стала Япония. После нескольких визитов туда немцы посетили в то время еще независимую Корею, где до них дошла весть о смерти Отто фон Бисмарка. Но это почти никак не сказалось на действиях эскадры, визиты продолжились. Они посетили Владивосток и другие русские порты, затем Шанхай.

В это же время менялся командный состав Дальневосточной эскадры. Наряду с другими перестановками, на должность командира «Дойчланда» был назначен капитан 3-го ранга Мюллер, Редер же стал его помощником.

« При всей своей требовательности он предоставлял мне значительную свободу действий и с тех пор стал моим другом-покровителем, оставшись им даже тогда, когда, уже как адмирал фон Мюллер, он стал во главе военно-морского министерства. »

Впрочем, скоро Редера отправили на родину, где он получил новое назначение.

От резервного судна к Военно-морской академии

Назначили Редера служить в Киле в 1-ом флотском экипаже[4]. Здесь он не только готовил новобранцев, но и составлял новые инструкцию по тому, как это делать.

« Однако у меня оставалось время еще и для того, чтобы посещать занятия по русскому языку, организованные в военно-морском училище в Киле. Занятия эти позволили мне приобрести хорошую базу, ставшую основой для последующего совершенствования в этом важном языке. »

В 1901 году Редер получил назначение старпомом на очередное «резервное судно», служившее в качестве посыльного корабля, и участвовал в учениях. По их завершению состоялся смотр флота, на котором присутствовал русский царь Николай II[5]. На этом береговая служба Эриха закончилось — пора была опять идти в море.

Но следующее назначение стало очень удачным. Уже опытного вахтенного офицера назначили на броненосец «Кайзер Вильгельм дер Гроссе»[6].

« Я был в восторге от этого назначения, поскольку два года службы на крупном корабле или на торпедном катере считались совершенно необходимым этапом в карьере офицера флота, равно как и предпосылкой для назначения в военно-морское училище или на штабную работу того или иного уровня. »
Броненосец «Кайзер Вильгельм дер Гроссе», картина

На корабле занимались активной боевой подготовкой — такая система позже оправдает себя во время Первой мировой войны. Но в октябре 1901 года Редер случайно упал с корабельного трапа, повредив себе колено. Когда же он был готов вернуться к своим обязанностям, его корабль стоял в доке на ремонте. Всю команду перевели на однотипный «Кайзер Фридрих III», на котором и продолжилась подготовка матросов и офицеров.

« Передача команд посредством визуальных сигналов и отработка быстрого выполнения приказов о смене скорости и курса в суровых боевых условиях были важной частью боевой подготовки [1901-1902 годов]. Незачем говорить, что я участвовал во всех этих учениях и экспериментах с величайшим энтузиазмом, поскольку я выбрал этот предмет в качестве темы своего обзора для поступления в военно-морскую академию. »

С октября 1903 года Эрих Редер должен был приступить к занятиям в Военно-морской академии[7], которые были рассчитаны на два года. Слушатели академии изучали военно-морскую историю, военно-морскую науку и военно-морскую тактику — это были основные дисциплины. Кроме перечисленных, к ним относились и планирование военно-морских операций, курс международного права, высшая математика и физика. В качестве факультативов преподавались география, всемирная история и океанография.

Здесь же Редер стал всерьез заниматься изучением русского языка (на тот момент он уже владел английским и французским), и вскоре отправился в Россию. Российская империя в тот момент воевала с Японией, и в газетах по этому поводу много писали. Упражняясь в русском языке, Редер переводил статьи на немецкий, тем самым он одним из первых иностранцев стал освещать происходившие на Дальнем Востоке события «маленькой победоносной войны». Практике русского помогала и семья, у которой его расквартировали.

Каждый офицер, заканчивающий годичный курс в военно-морской академии в Киле, должен был завершить учебу написанием соответствующей курсовой работы. В конце первого года обучения Редер подготовил работу по курсу международного права на тему «Нападение без объявления войны», оказавшуюся весьма кстати в теме разразившейся русско-японской войны. Вскоре пришлось писать и вторую работу, уже по окончанию второго года обучения, — по проблемам, связанным с установлением морской блокады. Кроме того, Редер перевел на немецкий язык изданную во Франции книгу капитана 3-го ранга Рене Довиля, с которым он состоял в личной переписке.

Служба в Управлении информации ВМС

Закончив двухгодичный курс обучения, Редер зимой 1905—1906 годов вновь отправился на службу. В этот раз получил назначение на броненосец береговой охраны «Фритьоф» в качестве штурмана. Но служба оказалась недолгой: 1 апреля 1906 года Редер был переведен в информационный отдел по связям с общественностью военно-морского управления в Берлине.

« Этот отдел, созданный в 90-х годах с целью подготовки первых официальных сообщений для печати по военно-морским делам, не имел ничего общего с военно-морской разведкой в широком смысле этого слова, то есть с тайными агентами, шпионажем и контрразведкой. По правде говоря, весь штат отдела состоял из его начальника, капитана 3-го ранга фон Хеерингена, и трех обозревателей, из которых я был самым старшим. В мои обязанности входило прочитывать и обобщать сообщения в иностранных газетах и журналах да редактировать наше собственное профессиональное издание «Marine Rundschau» (прим. автора - с нем. «Военно-морское обозрение»), а также «Nauticus», ежегодное издание германского ВМФ. Второй обозреватель, капитан-лейтенант Бой-Эд, ставший позднее известным как атташе в Вашингтоне в 1917 году, осуществлял контакты с германской прессой и анализировал появляющиеся в них статьи и заметки. Профессор фон Халле, третий обозреватель, занимался вопросами экономики, представляющими интерес для военно-морского флота. »
«Marine Rundschau»: от 1904 к 1984

Один отставной коллега Редера позже писал о нем: «Обладая ясным умом, он всегда прислушивался к чужой точке зрения. Редер более, чем кто-либо, подходил для работы с зарубежной прессой и давал вполне приемлемые ответы на многочисленные запросы из других стран». Работая в Управлении информации, Редеру всегда приходилось быть в курсе событий. Потому Эрих часто посещал людей, сведущих в разных вещах: сперва он обратился к тайному советнику Хамману, всесильному пресс-директору администрации канцлера и министерства иностранных дел. Он не только помог Редеру освоиться в новом для него направлении, но и познакомил с крупными специалистами в области экономики и колониальной политики. Затем нанес визит господину Гельфериху в отдел колониальной политики и ряду других… высокопоставленных людей! Представьте себе, будучи всего лишь младшими офицерами, обозреватели свели знакомства со всеми ведущими германскими журналистами. Более того, у них были тесные личные контакты с адмиралом фон Тирпицем, который по другим вопросам общался только со старшим руководством отделов.

Приходилось Редеру и редактировать статьи ведущих мировых журналистов. Сдружившись с Гуго Якоби[8],Эрих Редер счел весьма удачным для журнала, когда этот всемирно известный журналист предложил написать обозрение международной политики для выпуска за 1906 год. Но когда Якоби передал написанную им статью, по ряду причин она не соответствовала требованиям издания. Поскольку время поджимало, Редеру не оставалось ничего другого, как только переписать эту довольно щекотливую статью, используя данные Якоби как основу.

« Это были годы, когда читатели «Marine Rundschau» и «Nauticus» не ощущали недостатка в интересных материалах. Морские события Русско-японской войны только-только начинали появляться из-под покрова военной секретности, и различные эпизоды войны на море, с разбором уроков, которые следовало вынести из них, стали предметом острого внимания. Японская морская блокада и законы международного морского права были темами споров наряду с другими общими проблемами морской войны на Дальнем Востоке. Много места в «Nauticus» уделялось законам ведения войны, которые были приняты на второй Гаагской мирной конференции 1907 года. Кроме этого, поскольку я владел как французским, так и русским языками, я переводил множество сообщений о французских и русских военно-морских силах для рубрик «Иностранные флоты» в «Nauticus» и «Marine Rundschau». »

Интерес к журналам, в то время считавшимся официальными изданиями, был крайне широк: об этом свидетельствует хотя бы то, что для одного из номеров «Военно-морского обозрения» статью написал сам кайзер Вильгельм, правда, под псевдонимом. Статья называлась «Броненосцы или скоростные боевые суда?». Мысли, развитые в статье императором, прямо противоречили взглядам министра Тирпица, поэтому капитан 1-го ранга Хопман написал статью, доказывающую несостоятельность идей императора. Статья была опубликована, и ее автор ничем не поплатился за свою отчаянную смелость.

За время работы редактором Редер проделал колоссальную работу, смог привить к себе уважение в глазах Тирпица и императорской фамилии. Этот факт и помог ему стать штурманом на императорской яхте «Гогенцоллерн» к 1910 году, спустя нескольких других должностей штурмана на других кораблях. Этим Редер впоследствии сильно гордился, хотя понимал, что в течение нескольких лет ему предстояло заниматься деятельностью весьма далекой от флотской в истинном смысле этого слова[9].

Императорская яхта «Гогенцоллерн»

Накануне войны

В 1911 году Редера произвели в корветен-капитаны и назначили служить на крейсере «Йорк», флагмане рекогносцировочных сил, в качестве старшего офицера штаба. Здесь он служил в течение двух лет под началом вице-адмирала Бахмана, которого с 1 октября 1913 года сменил на его посту командующего рекогносцировочными силами контр-адмирал фон Хиппер. За это время под чутким руководством прежнего командующего была проделана огромная работа: разрабатывались новые «нешаблонные» тактики морских сражений, проводились постоянные инспекции кораблей и учения. Но и новый командующий был энергичной личностью, к тому же творческой. Он не стал отходить от намеченной Бахманом стратегии подготовки флота, и уже во время маневров 1913-го и 1914 годов отрабатывалось тактическое взаимодействие быстроходных линейных крейсеров с основной эскадрой. Что же касается самого Редера, ему приходилось постоянно работать под оком адмирала фон Хиппера, исполняя свои служебные обязанности сигнальщика, чему стало уделяться особое внимание.

« Маневры германского флота летом 1914 года проходили под страшной сенью Сараева и политического кризиса, разразившегося вслед за потрясшим всех покушением в этом городе на эрцгерцога Австро-Венгрии и его супругу. [...] Ультиматумы, мобилизация, Австро-Венгрия и Россия в состоянии войны, затем Франция... и Германия. И вот 5 августа грянуло зловещее: «Великобритания объявила войну Германии!» »

Началась Первая мировая война.

Во время Первой мировой войны (1914—1918 годы)

Был 1914 год, Германия, выполняя свои союзнические обязательства и преследуя личный политический интерес, оказалась втянутой в мировой военный конфликт. До сих пор немецкие адмиралы вырабатывали тактики возможных боевых столкновений с Королевскими военно-морскими силами Великобритании, но мало кто из них горел желанием потягаться с этой морской державой.

Редер все еще исполнял обязанности старшего офицера штаба[10] при адмирале фон Хиппере. Выполняя свои обязанности, он спланировал несколько операций по постановке мин и артналетов на побережье Англии. Но штабная работа никогда не была по душе Редеру, он всегда рвался в бой, жаждал «настоящей» военно-морской службы. И он это получил.

Штаб вице-адмирала фон Хиппера, Эрих Редер второй слева, 1916 г.

В сражении у Доггер-Банки

В звании корветтен-капитана Редер в должности старшего офицера штаба адмирала фон Хиппера принял участие в сражении у Доггер-Банки 24 января 1915 года. В знак признания заслуг Редера во время боя он 18 февраля 1915 года был награжден Железным крестом I класса[11]. Награду вручил лично император Вильгельм.

В огне Ютландского сражения

Основная статья: Ютландское сражение

Еще одним масштабным сражением, в котором довелось участвовать Эриху Редеру, стало Ютландское сражение, известное также как битва при Скагерраке. В ходе этого сражения, происходившего 31 мая 1916 года, он вместе со штабом и адмиралом фон Хиппером находился на флагманском линейном крейсере «Лютцов». Однако штурманскую рубку корабля, где он находился, разнесло на куски прямым попаданием английского снаряда. Лишь чудом любимец кайзера Вильгельма не пострадал. К тому моменту флагман получил уже не менее 10 артиллерийских попаданий и одного торпедного, так что управление действиями рекогносцировочных сил с «Лютцова» представлялось невозможным.

Тогда Редер предложил перенести флаг адмирала на другой линейный крейсер соединения, однако поначалу Хиппер не желал об этом даже слышать. Но когда радиостанция вышла из строя, он вынужден был согласиться. Торпедный катер «G-39» под командованием лейтенанта фон Лейфена сумел встать лагом к «Лютцову» и принять на борт адмирала и его штаб, несмотря на плотный огонь неприятеля и сильную качку.

« Следующие два часа, проведенные нами на борту «G-39», были самыми отвратительными для нас за всю войну, потому что, несмотря на теплый прием, оказанный нам офицерами торпедного катера, мы могли только наблюдать за ходом боя, не принимая в нем того участия, которое должны были бы принимать. »

Передав на время командование боем, Хиппер посредство флажного семафора старался выяснить, какой из его линейных крейсеров поврежден меньше всего. Им оказался «Мольтке», однако он не смог сразу же принять на борт штаб из-за огня линейных крейсеров адмирала Битти. Лишь после того, как они остались вне зоны досягаемости английских орудий, Хиппер смог принять командование на себя. Но и на «Мольтке» радиостанция была неисправна, потому командиру «G-39» было приказано держаться рядом с крейсером, чтобы при необходимости воспользоваться его рацией.

« В обязанности штаба адмирала входило составить подробный доклад о ходе сражения, со всеми необходимыми схемами, поэтому мы начали работать над ним, как только оказались на борту «Мольтке». Составить его было довольно сложной задачей из-за бесчисленных и быстрых изменений курса, скорости и приказов в ходе сражения. Тем не менее к моменту нашего возвращения в порт 1 июня у нас уже была ясная картина различных этапов боя. »

Несмотря на тяжелое поражение немцев в этом сражении, немецкое командование смогло сделать все, чтобы избежать еще больших потерь. Поэтому совсем неудивительно, что император вновь пожелал выразить адмиралам и всем отличившимся офицерам свою признательность и наградить их. Эрих Редер имел честь получить из рук кайзера Рыцарский крест ордена Гогенцоллернов с мечами.

В конце войны

26 апреля 1917 года Редера произвели во фрегаттен-капитаны[12]. В это же время начались массовые волнения в армии, однако на флоте дисциплина была в порядке, хотя такие случаи и бывали. Редер же решил для себя следующее:

« Если я хотел сделать себе имя в избранной мною профессии, теперь мне надо было получить опыт командования кораблем. »
SMS Cöln (1916)

Правда, адмирал Хиппер отнесся к этой идее без особого энтузиазма и даже неделю за неделей оттягивал решение о переводе Редера. Но нашлись корабли: зимой 1917—1918 годов в строй вступали новые лёгкие крейсера. Одним из них — «Кёльном II» — было поручено командовать Эриху Редеру.

« Я все еще служил в штабе адмирала фон Хиппера, когда в строй вступил новый линейный крейсер «Гинденбург», ставший флагманом эскадры линейных крейсеров. Во время прощального ужина, который был устроен на борту корабля, адмирал фон Хиппер сердечно поблагодарил меня за службу и выразил искреннее сожаление по поводу моего ухода. Я столь же сожалел, уходя от адмирала, к которому относился с искренним уважением и с которым так тесно сработался как в мирное, так и в военное время. Тем не менее я нетерпеливо жаждал принять под свое командование прекрасный новый корабль. Как только я передал свои дела своему преемнику, капитану 3-го ранга Прентцелю, я поспешил в Гамбург. »

Правда, длилось это недолго: с января по октябрь 1918 года, когда его назначили на должность главы центрального бюро командования ВМФ.

Германия была истощена, велись переговоры о мире. Но монархия в глазах народа вместе с новым кайзером потеряла прежнюю незыблемость, назревали волнения. На флоте тоже было неспокойно. Вскоре разразилась самая настоящая революция, 9 ноября добравшаяся и до Берлина. А ведь предстояло еще выработать приемлемые условия мирного договора, которые коснулись бы в первую очередь флота. И они были выработаны: штаб адмиралтейства и военно-морской кабинет должны были быть распущены, военно-морской флот был обязан ликвидировать все поставленные им в Северном море и на Балтике минные поля. Сам же флот должен был быть интернирован в одном из нейтральных портов до момента принятия окончательного решения о его судьбе.

Оставшийся флот и его устройство подлежали реорганизации, в которой произошли и весьма неожиданные изменения. Адмирал фон Манн, военно-морской министр, накануне Рождества отправившийся к себе на родину, в Баварию, сообщил о том, что он из-за обострения болезни не может вернуться к исполнению своих обязанностей, и подал прошение об отставке.

На время поиска подходящей кандидатуры Редер возглавил центральный отдел военно-морского управления и стал заботится о подходящем преемнике фон Манна. Наиболее подходящей кандидатурой оказался адмирал фон Трот, и Редер прилагал все свои усилия, чтобы столь ответственный пост достался человеку, пользующемуся уважением на флоте. И это ему удалось. Но предстояло еще много работы, связанной с жестокими условиями Версальского договора 1919 года.

Период восстановления флота (1919—1933 годы)

Послевоенное возрождение флота

29 ноября 1919 года Эрих Редер получил очередное звание — капитана цур зее. И именно на капитана цур зее легла тяжелая задача сохранить военно-морской флот недавно основанной Веймарской Республики, и эта задача, по словам самого Редера, стала для него «делом чести».

К началу 1920 года наметились определенные успехи. Успехи хоть на какое-то возрождение военно-морского флота. 31 января этого года из заключения в Англии, ставшего следствием затопления кораблей в Скапа-Флоу, вернулся адмирал фон Ройтер со своими людьми. Они были тепло встречены в Вильгельмсхафене адмиралом фон Трота. Были значительно улучшены условия в двух военно-морских округах, в Киле и Вильгельмсхафене. Снова стали проводиться учебные, минно-торпедные и артиллерийские смотры. В результате улучшилось взаимодействие между плавсоставом и береговыми командами.

Капповский путч и служба в Архиве ВМС

Случалось так, что флотское командование во главе с вице-адмиралом фон Тротта, включая самого Редера, поддержало так называемый Капповский путч[13]. Существует несколько версий относительно действительного участия фон Тротта и других флотских руководителей в этом мятеже, который выдохся сам. Однако это не могло не остаться без последствий. Адольф фон Тротта подал в отставку, сам же Редер сложил с себя полномочия начальника центрального военно-морского бюро и присоединился к группе, работавшей над официальной историей военно-морского флота в войне. В результате этой работы появилось издание «Военно-морской флот в 1914—1918 годах».

« Мне предстояло написать два тома этого издания, в которых рассматривались военные действия крейсеров в иностранных акваториях. Они вышли в свет в 1922-м и 1923 годах. В первом томе были освещены действия крейсеров в целом и их кульминация — победа бригады крейсеров вице-адмирала графа фон Шпее над британским адмиралом сэром Кристофером Крэддоком в сражении при Коронеле, у побережья Чили. Также была изложена история разгрома фон Шпее и его крейсеров превосходящими силами линейных крейсеров под командованием адмирала сэра Доутона Старди у Фолклендских островов месяц спустя. Второй том был посвящен рейдам против торгового мореплавания легких крейсеров «Эмден», «Кенигсберг» и «Карлсруэ». »

Так Редер стал одним из выдающихся специалистов по этой проблеме.

Служба инспектором военно-морских учебных заведений

Неожиданно про Редера вспомнили вновь. 1 августа 1922 года его произвели в контр-адмиралы и назначили инспектором военно-морских учебных заведений. Эта должность предполагала руководство всеми четырьмя военно-морскими училищами (во Фленсбурге, Мюрвике, Киле и Вике), учебным крейсером «Берлин» и четырехмачтовой шхуной «Ниоба».

« Мне доставляло истинное наслаждение снова общаться с юным поколением, наблюдать его энтузиазм после десятилетий, почти полностью посвященных штабной работе. »

Однако Редеру приходилось решать множество труднейших задач, призванных улучшить подготовку флотских кадров. К их числу можно отнести следующее:

  • разработка основных положений и инструкций офицерского образования
  • составление учебного плана для военно-инженерного училища в Киле
  • организация курса лекций для всех офицеров Балтийского военно-морского округа
  • разработка и организация двухнедельного курса для штабных офицеров, назначаемых на должности помощников командующих

Конечно, это далеко не все мероприятия Редера, направленные на улучшение подготовки кадров и образования на флоте в целом. Некоторые он просто не успел воплотить. В конце 1924 года он был назначен командующим силами легких кораблей на Северном море.

На пути к главе флота

Редер имел в своем подчинении старый лёгкий крейсер «Гамбург», выполнявшего роль флагмана, устаревший малый кресйер «Аркон» и 2-ой дивизион торпедных катеров. Сразу же после вступления в должность, Редер принял непосредственное участие в весьма успешном учебном походе флота в Северное море.

7 января 1925 года, как раз в тот день, когда на воду спускали новый легкий крейсер «Эмден», Редера внезапно произвели в вице-адмиралы и назначили на должность командующего Балтийским военно-морским округом.

« Я был изрядно разочарован тем, что мне придется расстаться с морем, и предложил командованию оставить меня возглавлять легкие силы Северного моря, а на Балтийский округ назначить более молодого флаг-офицера. Но, увы, мое предложение не было принято, и в середине января я заступил на новую должность в Киле. »

Балтийский округ в то время включал в себя три береговых оборонительных района в Киле, Свинемюнде и Пиллау. За четыре года на этом посту Редер сделал очень многое для внутренней консолидации флота, чем и прославился на флоте. Он всегда заботился о своих подчиненных, нравоучил их и всегда старался показать личный пример. Педантичному следование всем заповедям офицерского кодекса чести и гипертрофированное чувство долга также запомнились многим.

В августе 1927 года Германию потряс «скандал Ломана»[14]. В результате этого произошли кадровые перестановки, и место главы военно-морского командования освободилось. Его должен был занять прореспубликански настроенный человек. Таким человеком сочли Редера.

« Первого октября 1928 года я впервые вошел в здание адмиралтейства в Берлине в качестве его главы. Военно-морской флот навлек на себя недобрую репутацию в связи с делом Ломана, и, когда я наносил мои первые визиты в своем новом качестве, я обнаружил обстановку нескрываемого недоверия. »

Именно с восстановления доверия он и решил начать. Это его начинание получило название «охоты на большого тюленя» (конечно, егшо дали явно не сторонники адмирала). Оно заключалось в том, что нескольких старших офицеров флота вынудили уйти в отставку, якобы для того, чтобы расчистить дорогу более молодым и талантливым. Но была у этого начинания и обратная сторона. Доверимся известному исследователю истории Кригсмарине Чарльзу Томасу, писавшему следующее: «Редер не переставал заботиться о том, чтобы никто из его более одаренных подчиненных не смог посягнуть на его авторитет, и в течение всего времени, пока он возглавлял флот, критиковать командующего было смерти подобно».

Адмирал Эрих Редер в своем кабинете, 1928 г.

Находясь во главе флота, Редер жаждал его скорейшего усиления, и всеми способами он добивался этого. В теории он придерживался концепции «сбалансированного флота» — то есть в составе военно-морского флота должны были присутствовать все типы боевых кораблей. Однако ставку он сделал на «карманные линкоры». Как считал Редер, они «могли уйти от любого, кто захочет их потопить, и потопить любого, кто сможет их догнать». Однако ему принадлежат и другие начинания.

Редер санкционировал строительство грузовых судов, которые легко конвертировались во вспомогательные крейсеры, и рыболовных траулеров, которые могли переделываться в минные тральщики. Более скрытно продолжалось изготовление подводных лодок. Кроме этого, Эрих Редер уделил внимание развитию морской авиации.

« В октябре 1928 года военный министр Грёнер получил согласие правительства на приобретение нескольких самолетов — и только для экспериментальных целей, но ни в коем случае не для создания воздушного флота. Военно-морскому флоту, по счастью, удалось наложить свою руку на некоторое количество гидросамолетов, а также заполучить необходимый для их эксплуатации подготовленный личный состав. »

Интересно и то, как именно преподнесли немцы эти первые шаги по созданию морской авиации. Дело в том, что Версальский договор разрешал ВМФ Германии иметь противовоздушные орудия, за что и уцепился Редер. Флот интерпретировал эту статью как приобретение объектов для учебных стрельб по воздушным целям. До 1933 года программа развития морской авиации осуществлялась вполне успешно, хоть и в обстановке строжайшей секретности, пока на пост командующего германскими ВВС не был назначен Герман Геринг.

Характер адмирала Редера

В статье, посвященной Эриху Редеру, нельзя не отметить его характер, его отношение к флоту и людям, на нем служащим. Придя к должности главы военно-морского флота, он решил установить свои порядки и во внутренней жизни флота.

Редер желал, чтобы на флоте служили хорошо выученные и дисциплинированные люди, которым была бы чужда политика. И, добиваясь этой цели, он не единожды переходил грань. Адмирал считал себя блюстителем нравственности в офицерском копусе, включая и их жен. У этого человека были старомодные вкусы, а чувство юмора совершенно отсутствовало. Однажды он даже издал приказ, запрещавший офицерским женам коротко стричь волосы, пользоваться косметикой, носить короткие юбки и красить ногти! Самим же офицерам было запрещено появляться в форме в питейных заведениях, курить за рулем, на улице или в общественных местах.

Адмирал Редер инспектирует моряков в Киле, 1933 год.

В целях наведения дисциплины Редер любил часто появляться на отдаленных базах, суя свой нос в матросские кубрики, на камбузы и в гальюны. Особенно его беспокоили внешний вид моряков и наличие цветов на подоконниках во флотских экипажах. По праву его стали считать занудой, и адмирал вскоре стал терять свою прежнюю популярность.

Рассказывают случай, когда после многонедельного патрулирования на базу вернулась подводная лодка. Как только она пришвартовалась в доке, на ее борт вскочил адмирал Эрих Редер. Он произвел смотр личного состава и устроил командиру страшный разнос за неопрятный внешний вид его людей.

Но была у него и обратная сторона, как это часто случается. К описываемому моменту он успел завести сына (и был женат), а также купил виллу в пригороде Берлина Шарлоттенбурге. Адмирал любил поиграть со своей таксой и послушать музыку. Он посещал концерты симфонических оркестров (особенно если давали Бетховена или Брамса), занимался парусным спортом и не пропускал ни одного футбольного матча.

Приход нацистов к власти и Вторая мировая война (1933—1945 годы)

Начало 30-х годов

Этот период времени оказался очень сложным для адмирала. Несмотря на то что 1931 год стал благоприятным годом для флота, поскольку были спущен на воду первый «карманный линкор» и одобрено строительство второго, а также была принята долгосрочная программа строительства кораблей для замены устаревших, последующие стали отнюдь не такими.

« В апреле и мае через несколько недель один за другим скончались мои родители, а 25 мая умер глубоко почитаемый мною мой бывший командир адмирал фон Хиппер. 18 августа умер адмирал Зенкер, еще один мой друг, также глубоко почитаемый мною, и мой предшественник на посту начальника адмиралтейства. »

Кроме того, на политической арене появилась фигура Адольфа Гитлера. Его германская национал-социалистическая партия при поддержке созданных штурмовых отрядов захватывала лидирующие позиции. Но флот под предводительством Редера, казалось, жил своей чередой, его положение стало стабильным. Флот был готов к росту до необходимого уровня. Его престиж заметно вырос: конкурс в военно-морские училища составлял почти 14 человек на место[15]!

« Социальные и политические волнения, захлестнувшие Германию в 1932-м и 1933 годах, стали серьезным испытанием для военно-морского флота. Я не уставал повторять, что мы должны неколебимо верить в честность и политическую проницательность нашего Верховного главнокомандующего президента фон Гинденбурга, при этом старался охладить некоторые горячие головы в нашей среде и поддержать тех нестойких, которые были готовы поддаться мощной политической пропаганде, обрушиваемой на них. В ходе всех кризисов флот оставался верным и преданным стране, и когда президент передал свою власть назначенному им рейхсканцлером Адольфу Гитлеру, то замаячившая перспектива смены кабинета министров не вызвала никаких потрясений или сбоев в нашей службе. »

2 февраля 1933 года Редер впервые встретился с Адольфом Гитлером в доме генерала барона фон Хаммерштейна, начальника Верховного командования сухопутных сил. Уже тогда он заявил адмиралам и генералам о своих намерениях.

Надо сказать, что сам Редер хоть всю жизнь и придерживался монархических взглядов, умело «маневрировал» между правительствами, так часто менявшимися в то время в Германии. Его считали и демократом, и даже истинным приверженцем германской национал-демократической рабочей партии (НСДРП). При том он никогда не выступал против других партий. Всё, что было нужно Эриху Редеру, — это осуществлять свою программу строительства флота. И ее поддержал Адольф Гитлер, человек, которому был также выгоден Редер на посту главы Кригсмарине, посколько тот дальше своего ведомства носа не совал.

Денонсация Версальского договора

В начале февраля 1935 года правительства Англии, Франции и Германии должны были собраться, чтобы обсудить положение статей Версальского договора. Каждой державе было выгодно расширить свои права в строительстве новых кораблей. Однако 16 марта того же года Гитлер в одностороннем порядке денонсировал ограничительные статьи Версальского договора, что позволило Редеру в полной мере осуществлять задуманную им программу развития флота.

Эрих Редер, Адольф Гитлер и Вернер фон Бломберг на борту «карманного линкора» «Дойчланд», апрель 1934 г.

Еще во время первой встречи с Редером и другими командующими Гитлер заявил, что не желает войны с Англией и, находясь на посту рейхсканцлера, будет добиваться обоюдного соглашения с этой страной по вопросу соотношения флотов. В этом стремлении его поддержал Эрих Редер, и оба они до мая 1938 года наивно считали, что Великобритания войну Германии не объявит. Заключенное 18 июня 1935 года в Лондоне англо-германское военно-морское соглашение, в соответствии с которым Германия ограничивала общий тоннаж своих надводных сил до 35 процентов по отношению к надводным силам Объединенного Королевства, должно было лишь убедить их в этом. Основными противниками германского флота уже в тот момент стали советский и французский военно-морские флоты.

Германский флот стал активно развиваться. До и в течение 1935 года должно быть начато строительство двух линкоров, двух крейсеров, шестнадцати эскадренных миноносцев, двадцати восьми подводных лодок. Имелись также планы строительства первого германского авианосца, а также дополнительных линкоров, которые должны были быть заложены в 1936-м и последующие годы. Редер отмечает:

« Таким образом, мы планировали создать максимально универсальный флот, отнюдь не специализированный против какого-либо определенного противника. »

Но события стали разворачиваться совершенно иным образом, но флоту во главе с Редером предстояло выдержать еще несколько испытаний перед тем, как 1 сентября 1939 года произошло неизбежное.

В ходе Гражданской войны в Испании

Первым испытанием для флота стала задача, порученная ему летом 1936 года. Задача была эта связана с посильной поддержкой генерала Франко в ходе разгоревшейся в Испании гражданской войны.

« Для выполнения этой задачи, суть и продолжительность которой пока еще не вырисовывались в деталях, я 23 июля 1936 года приказал командующему «карманными» линкорами вице-адмиралу Карлсу немедленно выйти в море с линкорами «Дойчланд» и «Адмирал Шеер». »

Они должны были обеспечить «безопасность немецких граждан» и эвакуировать их при необходимости. Только в течение нескольких первых месяцев около 15 000 немцев и беженцев многих других национальностей было эвакуировано из регионов, контролировавшихся прокоммунистическими силами, под защиту германских военных кораблей. Но этим задача военно-морского флота не ограничивалась. Поставки для генерала Франко и его армии могли осуществляться только морем.

Однако «миротворческая операция», развивавшая поначалу вполне гладко для Рейха, осталась не без последствий.

В этот же период времени окончательно оформилось формирование нового в Германии вида войск — ВВС, получивших название Люфтваффе. Редер, до сих пор работавший над концепцией развития морской авиации, вынужден был от нее отступить и признать главенствующую роль Германа Геринга над «всем, что летает».

« Вся эта ситуация представлялась мне настолько идущей вопреки интересам ВМФ — да и страны в целом, — что я серьезно раздумывал о том, чтобы сделать ставкой всю мою карьеру, чтобы добиться решения на самом высоком государственном уровне. Однако Гитлер уже отказался вмешиваться в этот спор, и его решение могло сыграть против флота, что только еще больше бы укрепило позиции Геринга и ослабило бы позиции моего преемника, кем бы он ни оказался. »

Критические годы

Идиллия, установившаяся в отношениях Гитлера и Редера, стала нарушаться с 1938 года. У главы Рейха и у главы флота возникли несколько несостыковок во мнениях по ряду вопросов.

Первой причиной разногласий стал тот факт, что завершение программы строительства флота не может быть завершено в срок, намеченный Гитлером. Это было связано, в первую очередь, из-за нехватки кадров на судоверфях, мобилизованных на выполнение программы фюрера по строительству важных государственных объектов. Но выделять кадры для флота Гитлер и не собирался.

Следующей причиной стал религиозный вопрос, поднятый во многом благодаря стараниям Геринга, с которым у Редера были серьезные противоречия, если не сказать больше. Эрих Редер вел не утихавшую ни на минуту борьбу с министром пропаганды Геббельсом и гестапо за флотских священников, которых поддерживал, как только мог. В 1942 году один морской офицер, бывший по совместительству осведомителем гестапо, обвинил флотского священника в том, что тот нелестно отзывается о НСДАП. Гестаповцы попытались устроить слушание дела в гражданском суде, но Редер этого не допустил. Священник предстал перед военно-морским трибуналом, членов которого назначил сам командующий флота, и был оправдан. Редер лично утвердил приговор, а агента гестапо с позором вышвырнул с флота за клевету.

1 марта 1938 г. — парад в честь Дня Люфтваффе. Примечательная деталь: Э. Редер стоит в стороне от Г. Геринга, Ф. Кристиансена, Б. Руста, В. фон Браухича и Э. Мильха.

Кроме Геринга, Редеру доставил множество хлопот и еще один человек. Это был группенфюрер СС Рейнхард Гейдрих, начальник управления Государственной тайной полиции и шеф СД. В 1931 году, будучи офицером флота, Гейдрих таким «…чрезвычайно возмутительным способом» расторг помолвку с одной молодой женщиной, что у нее случилось нервное расстройство. Щепетильный в вопросах морали Редер поставил его перед судом чести, который лично возглавил, и вышвырнул со службы за «недостойное поведение». И теперь поднявшийся до столь высокого уровня Гейдрих старался отомстить генералу-адмиралу Редеру (это звание Гитлер пожаловал Редеру в честь своего 47-летия). Правда, компромата не находилось, но все же такое отношение заставляло главу флота изрядно нервничать.

Гитлеру доставило множество хлопот отношение Редера к евреям. Точнее, к евреям, проходившим службу на флоте. Тут примечателен следующий эпизод. В конце 30-х годов, например, нацисты взялись за контр-адмирала в отставке Карла Кюленталя, полуеврея, женатого на еврейке. Узнав об этом, Редер направился к самому фюреру, который в резких выражениях отказался сделать исключение для отставного адмирала и не применять в отношении его Нюрнбергских законов. Но если Гитлер думал, что на этом дело и закончится, то глубоко ошибался. Подобно бульдогу, которого отогнали пинком и который снова и снова бросается в бой, Редер возвращался к вопросу о Кюлентале во время каждой встречи с фюрером. Когда в очередной раз адмирал обратился к Гитлеру все с той же просьбой, тот, наконец, понял, что точку в этом деле можно поставить либо удовлетворив просьбу Редера, либо освободив его от командования флотом. Измотанный длительной осадой фюрер собственноручно подписал документ, дававший Кюленталю и его семье не только свободу, но и пенсию, которую отставной контр-адмирал получал до самого конца войны. Благодаря стараниям адмирала, лишь два офицера-еврея были «уволены» с флотской службы. Причем когда разразилась война, их приняли на службу вновь.

Наконец, точку в добрых отношениях фюрера и будущего гросс-адмирала поставило произошедшее 1 ноября 1938 года событие. Гитлер просто порвал план Редера по развитию флота и приказал составить новый. На основе бесед с Гитлером, в особенности на основе его фразы «Для достижения моих политических целей флот мне не понадобится до 1946 года», Эрих Редер составил новый план «Z»[16]. Гитлер одобрил план, рассчитанный на выполнение к 1947 году! Что же касается Редера, он снова вернул себе фавор. 1 апреля 1939 года Эрих Редер, пятым за историю Германии, был произведен в гросс-адмиралы.

Казалось, добрые отношения фюрера и командующего Кригсмарине возвращаются, но нет. Окончательную точку на них поставила… женщина.

Предоставим осветить произошедшие события выдержке из книги С. Митчема "Командиры Третьего Рейха":

Что касается Редера, то он не простил оскорбления, нанесенного ему Гитлером, и отказывался встречаться с ним. Так продолжалось до самого начала войны.

Во время Второй мировой войны

Как уже знает читатель, Вторую мировую войну Эрих Редер встретил в чине высшего военно-морского звания — гросс-адмирала. Но флот, которым он командовал, был явно не в высшей степени готовности. Программа строительства должна была быть завершена к 1947 году, Гитлер и высшее командование флота просто слепо не верили в возможность войны с Великобританией. Но к осени тридцать девятого года Редер уже не был в этом уверен, но поздно. 3 сентября 1939 г. Великобритания объявила войну Рейху.

« Нашему надводному флоту не остается ничего другого, как только демонстрировать, что он может доблестно умирать. »

Эти слова позже запишет Редер в своем военном дневнике ОКМ. Флот просто не мог противостоять британской мощи, и единственным выходом стало объявление подводной войны. Но и добиться этого Редеру стоило немало усилий: лишь в ноябре 1939 года такое решение было принято.

Однако самым действенным средством ведения войны оказались не подводные лодки, а магнитные мины. Но массового использования этого вида оружия не произошло ввиду того, что гросс-адмирал просто не уделял им должного внимания.

Эрих Редер никогда не рисковал своим флотом, в каждой операции он проявлял осторожность. Гитлер же требовал наступательных операций. Последней каплей в отношениях фюрера и гросс-адмирала стал провал операции адмирала Куммеца в Северной Норвегии. Операция предполагала уничтожение союзного конвоя, и Гитлер ждал хороших новостей. Но их не поступило. Причем новость о неуспешной немецкой атаке и о том, что конвой достиг своей цели, пришла к нему из английских новостей.

« После этого Гитлер впал в безудержный гнев, несправедливо обвиняя нас в том, что информация была намеренно скрыта от него. Он заявил о своем намерении немедленно вывести из военных действий все крупные корабли и записал в «Военном дневнике» свое мнение о том, что крупные корабли совершенно бесполезны. Он не стал слушать никаких объяснений вице-адмирала Кранке, моего личного представителя в ставке, и потребовал от меня по телефону немедленно явиться к нему для доклада. Я сказал, что мне потребуется некоторое время на то, чтобы составить всю картину в мельчайших деталях, и по моей просьбе военно-морской штаб затребовал у адмирала Куммеца полный доклад о его операции в Северной Норвегии. Лишь к 6 января я имел полную картину того, что произошло. К этому времени Гитлер уже взял себя в руки, но мне сразу стало понятно, что он намерен потребовать моей отставки. »

Когда Редер явился Гитлеру на доклад, тот в резких словах стал обвинять флот в его несостоятельности, подвергая сомнению все, что было сделано с 1864 года. Теперь решение было принято. Авторитет Эриха Редера был поставлен под сомнение, Гитлер, казалось, ему более не доверял, да и командующему стукнуло 67 лет. Гросс-адмирал попросил отставки под любым удобным для Гитлера предлогом. После некоторых пререканий Гитлер согласился и попросил Редера рекомендовать ему двух офицеров, из которых бы он выбрал преемника.

« В качестве даты моей отставки я предложил 30 января 1943 года, поскольку в этот день исполнялось десять лет моей службы в качестве командующего флотом в составе правительства Гитлера и выбор этой даты для моей отставки сделал бы ее понятной для общественности. »

Для бывшего командующего флотом нашли новую должность генерального инспектора флота, впрочем, она Редера ни к чему не обязывала. В свете ужаса войны, грозившей Германии поражением, он вел довольно спокойную жизнь. Но здоровье подводило Эриха.

7 мая 1945 г. Редер встретил в госпитале, откуда выписался 16 числа. Вторая мировая война закончилась.

Послевоенная жизнь (1946—1960 годы)

Нюрнбергский трибунал

Сразу же после того, как Редер выписался из госпиталя, его препроводили к начальнику русской комендатуре полковнику Пименову. После некоторых событий 8 июля Редер и его жена были доставлены в Москву. Там ему предложили начать работать над книгой о его службе, вроде той, которую он написал о боевых действиях крейсеров в Первой мировой войне.

Нюрнбергский процесс. Гросс-адмирал Редер зачитывает свое заявление перед трибуналом

Мужа и жену поселили в хорошо обставленном доме в Подмосковье, где они прожили около трёх месяцев.

« В шесть часов утра 17 октября 1945 года меня вывели из дома без какого-либо предварительного предупреждения. »

Э. Редеру предстоял Нюрнбергский трибунал. Он начался 20 ноября 1945 года. Оба бывших командующих Кригсмарине — Редер и Дёниц — были обвинены в военных преступлениях на море.

« Обвинения, выдвинутые против меня, состояли в следующем: ведение военных действий на море без соблюдения принятых правил ведения войны, подготовка германского флота к агрессивной войне и, наконец, собственно ведение агрессивной войны путем осуществления военно-морских операций против Норвегии. »

Вынесение трибуналом вердикта и оглашение приговоров состоялось 30 сентября и 1 октября 1946 года. Гросс-адмирал в отставке Эрих Редер был приговорен к пожизненному заключению.

Освобождение

Эрих Редер и его жена на выходе из тюрьмы Шпандау, 26 сентября 1955 г.

На момент заключения Редера в тюрьму Шпандау ему уже шел 71 год.

« 26 сентября 1955 года британский доктор вывел меня из камеры под обычным предлогом того, что он хочет осмотреть меня. Но вместо медицинского кабинета он отвел меня в комнату для приема посетителей, где я нашел разложенной всю свою одежду — именно тот костюм, который я почти десять лет тому назад сменил на тюремную робу. Некоторое время спустя в комнату вошла моя жена. У тюремных ворот уже ждал закрытый автомобиль. К своему восторгу, я увидел за его рулем моего старого водителя Рудольфа Шульце, а у открытой дверцы стоял мой старый домашний слуга Адольф Пальцер. Два этих преданных друга не захотели даже слышать о том, чтобы кто-то другой, кроме них, доставил меня из тюрьмы домой. »

Друзья и семья не забыли адмирала. Они приложили много усилий, для того, чтобы он был освобожден. Да и состояние здоровья заключенного удручало. Это, возможно, и послужило весомым аргументом в пользу освобождения Редера. С тех пор еще почти пять лет довелось Эриху Редеру видеть новую Германию. Старик позволял себе интересоваться и новым флотом.

6 ноября 1960 в возрасте 84 лет Эрих Редер скончался.

Примечания

  1. Сейчас и далее в тексте приводятся цитаты из мемуаров Э. Редера «Гросс-адмирал» (оригинальное название «Mein Leben»)
  2. На самом деле, такое отношение может быть вполне обосновано. Для того чтобы стать флотским офицером, не нужно было иметь дворянское происхождение, и Редера, выходца из буржуазных слоев, тут же приняли.
  3. Редер стал лучшим выпускником класса 1895 года и получил звание фенриха цур зее (гардемарин самого старшего чина).
  4. Флотский экипаж того времени отвечал не только за набор в военно-морской флот, но и за первичную подготовку новобранцев по общевойсковой программе. Одновременно он служил центральной военно-морской базой для всех матросов, зачисленных на флот, но не расписанных по кораблям. Технический экипаж выполнял аналогичные функции в отношении всего технического персонала. (Из воспоминаний Э. Редера)
  5. После смотра флота императоры двух стран имели встречу, причем завершившуюся удачно для обеих стран. В ознаменование этого кайзер Вильгельм II дал право всем офицерам германского военно-морского флота носить кортик на черном поясном ремне при повседневной форме одежды. Ранее такое ношение, бывшее обычным в русском военно-морском флоте, входило в состав формы германских гардемарин. В ответ русский царь Николай, которому понравилась широкая фуражка офицеров германского флота, ввел своим указом ее в качестве формы одежды русских ВМФ.
  6. Дело в том, что еще во время дальневосточного похода принц Генрих обратил внимание на нового вахтенного офицера и взял его под свое покровительство. Броненосец же «Кайзер Вильгельм дер Гроссе» стал новым флагманом покровителя Редера, который теперь командовал 1-й эскадрой линейных кораблей.
  7. Военно-морская академия в Киле была основана при генерале фон Штоше, но, не в пример армейской академии, она была создана отнюдь не с единственной целью подготовки офицеров Генерального штаба. Как раз наоборот, Тирпиц развил и превратил ее в общеобразовательное заведение для усовершенствования специалистов, уже имеющих образование и опыт службы на флоте, для подготовки к будущей работе в адмиралтействе, военно-морском министерстве либо на тех или иных высоких штабных должностях. (Из воспоминаний Редера)
  8. Гуго Симон Якоби (1882—1954) — немецкий писатель и юрист, в честь которого в Германии лучших авторам присуждается литературная премия.
  9. Эрих Редер воспринял это назначение как величайшую честь и до конца жизни оставался сторонником монархии. Даже в те годы, когда он командовал Кригсмарине, на его вымпеле красовалась эмблема кайзеровского флота.
  10. В 1917 году его повысили до начальника штаба.
  11. После первого похода линейных крейсеров против Ярмута Хиппер и Редер были уже награждены орденами Железного креста 2-го класса, но не надевали этих наград из-за того, что считали, что в операции были реализованы не все их возможности, вплоть до успеха под Хартлпулом.
  12. Соответствует званию капитана 2 ранга.
  13. Капповский путч — мятеж, предпринятый консервативными силами во главе с Вольфгангом Каппом в марте 1920 года против правительства Веймарской республики.
  14. Одна из газет опубликовала информацию о существовании особых секретных денежных фондов, предназначенных для перевооружения ВМФ и находившихся в распоряжении капитана цур зее Вальтера Юмана из отдела морского транспорта и капитана цур зее Готтфрида Хансена из отдела вооружений. Кроме того, вскрылось и то, что на одной из контролируемых фирмой Круппа турецких верфей строились разработанные в Германии подводные лодки. Последовало парламентское расследование, в результате которого полетели головы министра обороны и главы военно-морского командования адмирала Ханса Адольфа Ценкера.
  15. В 1932 году было подано 618 заявлений на 45 мест в военно-морские училища. Еще 522 заявления были поданы на 14 мест для будущих инженеров-механиков флота, и 121 — на 6 мест в военно-медицинские училища.
  16. «Z» — первая буква слова «Ziel», что означает «цель».

Литература

  • Эрих Редер Гросс-адмирал. Воспоминания командующего ВМФ Третьего рейха. 1935–1943 гг.. — За линией фронта. Мемуары. — Москва: Центрполиграф, 2004. — 489с. — ISBN 5-9524-1014-6
  • Митчем С., Мюллер Дж. Командиры Третьего рейха. — За линией фронта. Мемуары. — Смоленск: Русич, 1995. — 480с. — ISBN 5-88590-287-9

Эту статью требуется викифицировать!

Пожалуйста, оформите её согласно правилам оформления статей.